Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
05:48 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Я давно хотела это сделать, но теперь я достаточно упоролась, чтобы это сделать.
Итак.
Что было бы, если бы астральные_пидарасы были психическими расстройствами. (представим, что у них их якобы нету, ага)

1) Рания - МДП.
А чем бы заняться сегодня - покосплеить гаргулью, грустя о ничтожности всего, или же бегать с шилом в жопе, ДЕЛАЯ ВСЁ? Беспроигрышная лотерея - все равно все огребут.
2)Дориан - маниакальный психоз.
"А чо тут? Туса? А где туса? А давайте тут тусу? А че пожрать? Mi perepihon? А давайте захватим мир? А давайте сожжем Гадрахолл?"
3)Аэлин - нездоровый перфекционизм.
"Помой руки, надень шапку и помни, кто живет на дне океана".
4)Рэд - гиперактивность, синдром Туретта.
Если кто-то не захотел убить тебя за день - день прожит зря.
5)Шэнерил - депрессия.
Вообще, историями о детстве Шэнерил можно пугать других детей.
6)Хэлл - стокгольмский синдром, мазохизм.
"Убейте меня еще раз, мне нравится"
7)ББ - мания величия.
"Какая еще мания величия, пока я тебе ногу не отстрелил?"
8)Альдор - гебефрения.
"Все хорошо. Все хорошо, даже когда плохо. Все абсолютно прекрасно. Давайте все успокоимся. Рания, поешь травки"
9)Рэн - нетрадиционная сексуальная ориентация.
"А чо".
10)Дайна - ПТСР.
Видишь Эстер даже когда Эстер нет. Зато всегда начеку.
11)Адма - мания величия, инфантильность.
За любой кипиш кроме подумать.
12)Эра - комплекс неполноценности.
"Надо чтоб лучше чем у мамки"
13)Зак - внутриличностный конфликт.
"Прикинусь хорошим. Или я на самом деле хороший? Я еще не решил"
14)Хазард - шизоидность.
"Идите нахуй. Дверь - там".
15)Сумрачный, Карамель - маниакальность.
"Дай посмотреть твою печень"
16)Гаст - клиническая депрессия.
"Проходите, садитесь, умирайте"
17)Фирвен - шизофрения.
"Почему мне никто не верит"
18)Огненный - пиромания.
"Я ЕЩЕ НЕ УСПОКОИЛСЯ"

05:10 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
<Город, статуя на входе в "Ветер">
Свет пронзает косые линии дождя,
Вгрызается в землю и взрывается всполохами.
Поток прибивает к земле тех, кто слабее,
Остаются стоять лишь гиганты.
Пламенное жерло Ветра затягивает в себя ледяным светом.
Кровь, что смывает наши раны,
Открывает нам глаза, и мы видим.

<Золотой город, поле>
Вступай на новый путь, и ложное исчезнет, умирая.
Путь есть для того, чтобы прийти в дом,
Зовущийся золотым

<Марос, Барн-Мор>
На берегу холодной реки,
На ее дне, где живет зеленая тьма,
Ждут Идалир - те, что должны прийти.

04:48 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
а что я? спрашивают меня - "с кем ты борешься?".
а борюсь я с тем же, с чем и всегда.
с тем же, с чем и самого начала - когда впервые ощутила землю Барн-Мора, когда вдохнула первый воздух.
с тем, что разрывало тела и души до меня.
с тем, с чем не получалось бороться до меня.
с тем, что приходило, уничтожало, обманывало, оскверняло - незаконно, несправедливо, нагло и отвратительно.
с тем, что сковывало сердца других страхом, что не давало дышать, чему не было управы.
я ее нашла.
и пусть я потерпела поражение - я победила вновь.
сделала то, зачем пришла.
и я продолжаю бороться с этим. я всегда буду продолжать бороться с этим. вечно - пока это не исчезнет совсем, бесследно и окончательно.
с чем я борюсь? не с вами, и не с вашими телами, и не с вашими желаниями.
я борюсь с мерзостью, которая догоняет меня и убегает от меня.
и, как уже было выяснено, смерть меня остановить не может.

потому что я всегда буду зла.
потому что слишком хорошо помню, как был прекрасен наш мир - тот, что я увидела впервые.
потому что я помню, какая в нем жила любовь, какие в нем жили желания.
это отпечаталось в моей памяти намертво - увиденное впервые.
и я всегда помню об этом, видя вашу мерзость.
и я всегда буду зла.

я всегда прибуду, хоть бы и частью своей - или частями.
я всегда прибуду - в том числе и в тех, кто носит другие имена.
а они - всегда пребудут во мне.
и даже если остановятся они - не остановлюсь я.
я отпечатана в этом мире, вечна, как ни вытравливай.
и причина тому - как раз то, что мир - клетка. что меня некогда заперли в ней - и это самая большая ошибка. что клетка-то говенная.

@темы: sceal'ta, Рания

04:07 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
а вот эта вот глава была совсем тяжелой.
не думала, что это дерьмо все еще способно так по мне ударять.
хз, че будет дальше, когда начнется натуральная жесть.


@темы: sceal'ta, Ren

20:03 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
- А ты пиши так: "Василий Иваныч вышел из штаба, вскочил на лошадь, стоящую у крыльца..." А в конце: "Василий Иваныч зашел в штаб" А по середине: "Цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок..." (с) когда муки с писаниной

02:59 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Ну, расскажи, куда ты хотел сбежать?

Тётка Война покормит тебя с ножа, тётка Чума прогонит кошмарный сон... Как сумасшедшее крутится колесо, там вместо спиц — десятки острейших жал. Голод раздует в сердцем твоём пожар — пламя, смеясь, поднимется до небес, что было нашим, вскоре вручим тебе.

Пусть наши латы и копья покроет ржа, будут десятки и сотни в земле лежать, цепкой и твёрдой будет твоя рука — ну а пока смотри на меня, вникай. Помнишь ли, как при виде меня дрожал, то в дикий холод бросало тебя, то в жар?

Станешь убийцей, пересечёшь рубеж...
Слушай, мой мальчик, тётушку Смерть и ешь.

02:40 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Дориан ебать не переебать юморист. Я уже и забыла, как он это делает. Нет предела изощрениям, воистину.

00:57 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.

@темы: sceal'ta, Рания

05:33 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
16:17 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
мы призраки, тени. тихие, неслышимые. неосязаемые.
как же ужасающе было осознавать это впервые - и как же забавно.
мы эфемерны и извечны.
то, что нельзя уловить и сосчитать.
от нас и к нам тянутся тысячи нитей, проходят сквозь нас. мы прошиты ими, мы распяты на них.
порой мы вспыхиваем цветами, отращивая такие же эфемерные лепестки во все стороны. и тогда нити превращаются в пути.
и по ним к нам, сюда, вокруг нас, рядом с нами, внутрь нас - приходят.
мы проводники, открытые двери, лестницы.
мы - спуск в пустоту для тех, кто покрупнее.
мы - их страх и их путь.

я познала настоящий ужас. ужас, который не скрыть, который поглощает целиком, не оставляя ничего. ужас быть запертой в резервации с такими же частями. я не знаю, где он нашел так много. возможно, это были все, что есть.
закрытое помещение, без выходов.
когда останется только одна - вопрос времени.
проснулись не одновременно. кто-то долго отказывался верить, кто-то вообще ничего не помнил и не понимал. а кто-то сразу же вцепился в глотки.
Рания не агрессивная. Рания не злая. Рания просто нерушимая.
они не бросались с воплями.
они медленно и спокойно подходили. они не орали. они не провоцировали. они просто лавировали между друг другом, выискивая тех, кто послабее. или тех, кто поярче. спокойно. тихо.
если кто и орал - то только по началу, от непонимания. те, кто поняли, уже были совершенно тихими. мягкими. плавными.
а вот бросок уже происходит резко. тот, кто выбирает себе жертву, просто забирает ее. быстро, без мучений - насколько это возможно. кого-то душили, кому-то просто выдирали глотку, кому-то вгоняли арматуру в глаз, доставая до мозга. если забивали кулаками - то как можно быстрее.
не помню, пытались ли жертвы сопротивляться. не знаю, получилось бы у них, если бы они пытались.
все происходило слишком быстро.
в тихой толпе вдруг открывался смерч.
остальные в этот момент просто расходились кружком и наблюдали. оценивали - насколько слаба была жертва, насколько сильна забирающая - и насколько сильнее стала теперь.
одна там выделялась сильнее остальных. я и сама боялась ее. но видела - она выбирает не каждого. у нее был какой-то принцип отбора.
странно, но месиво не началось сразу же.
в основном все приглядывались друг к другу. каждый боялся ошибиться - а что если жертва окажется сильнее.
были и те, кто вообще не хотел участвовать. это были в основном беспамятные. такие пытались липнуть к остальным, уговаривали, шептались, носились по коридорам и искали где спрятаться.
одну такую я учуяла - она сидела во внутреннем дворе, в тени под балконом. и тряслась. да, было и такое.
но все они ощущались очень слабо. не ярко. только та, что начала самой первой. ее я ощущала. и я понимала, что рано или поздно она заберет и меня, если не найдется еще кого-то отожравшегося. я понимала, что должна действовать быстрее, но была заворожена действом. мне слишком нравилось наблюдать. я не боялась удара в спину - я была уверена, что он будет именно в спину.
а потом он сказал "ждите гостей".
это что, новый виток цирка с делением на пары? в этом был какой-то сакральный смысл?
но, гостей я так и не дождалась. меня отключило. может, удар в спину таки последовал. а может - я просто включилась в танец.

@темы: Hideaway, Annam

18:06 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
#экшон
лафа кончилась, я пытаюсь собрать мозг в кучу, пока не выходит.

первая война на Маросе ваще как-то странно начиналась. вроде начиналась, а вроде нет. по сути, пока по Гадрахоллу не ебнуло, никто ниче и не понял. Рэн с Адмой больше играли в войнушку, чем на самом деле к этому серьезно относились. ссали, да. но никто не думал, что будет чет серьезное. скорее уж нашли наконец, куда применить свои амбиции.
народ был вдохновлен, вот что интересно. махачи на границах стали для всех толчком, чтобы поразвиваться, повыпендриваться, померяться яйцами и т.д. ну и Королевствами. а кто круче защищает границы? а у кого магия магичнее? в общем, очередное соревнование - как они думали.

ну а Солейл конечно знала. черт ее знает - сама ли, или ей Мортис нашептала, которой, в свою очередь, нашептала ловящая галюны Рания. или им всем нашептала Фирвен. или Гьялла. хотя нет, Гьялла тупая.
так вот, Солейл знала (или как минимум подозревала) и очень внимательно отнеслась к зову Рэн. по сути, она там была единственным нормальным божеством, которому было #не_насрать. и первое, что сделала Солейл - материализовалась и пошла воевать. а второе - провозгласила Рэн преемницей и будущей Королевой (в случае, если войну будет выиграна). вот так вот, запросто, с полпинка, мол - "чет тут у нас совсем дерьмо происходит, давай ты теперь за все отдувайся, мне надоело. а я пойду сдохну".
ну а Рэн только и была рада такому повороту - притворяясь скромницей, она все таки ждала, когда уже можно будет нацепить корону и того. на самом деле, конечно, она реально служила на благо народа, видела, что за ней идут и хотят идти и видела во всем этом ответственность. она не была защитницей в духе Рании - "любой ценой", и не была нерушимой стеной для своих - но была путеводным светом. она защищала, потому что любила свой дом, а не потому что боялась за него.

примерно тогда же родился Зак. наверно. приблизительно. каким образом? хороший вопрос. тут уже либо подключаться, либо додумывать (и я за второй вариант). чисто по логике, первые годы своей жизни он жил все таки на Хадде. иначе как еще объяснить, что он не был до конца отбитым? в общем, тут придется страдать.

тут уже Адма впервые в своей жизни пытается включить мозги. несанкционированные вылазки на границы ей, конечно, нравятся, но она понимает, что не вывозит. и тут ее резко начинают интересовать драконы. не меч конечно, но а чем же не боевая сила? и она даже уламывает наставников и Шанин отсыпать Маросу.
от стычек с теми, что лезут с Хадда на границы с Лигосом ей начинает фонить. она улавливает Темный Огонь и тут случается любовь. пофиг на войну - Арайн тут же подвергается перепланировке, а наставники - переобучению. наставники крутят у виска, Молох крутит у виска только пока Адма не видит и ей приходится дрочить на Темный Огонь в полном одиночестве. зато она начинает чуть больше вкуривать.

что при этом делает Язес? а Язес не делает нихера. Язес сидит на жопе ровно и выжидает, кому бы отсыпать. ибо свои границы они защищают в легкую, процветая и цивилизируясь дальше, тем самым все больше зля Эстер. и конкретная личная неприязнь возникает между Эстер и Рейн - потому что об Рейн оч легко обломать зубы.

и в это самое время из своей дыры вылезает Рания. она сразу рвется в бой, но ее тормозит окружающая тишина и мир (все таки от Менглёда недалеко, а к Барн-Мору таки вообще никто никогда не подходил), и - ее тормозят Светлые. мол, а че эт сразу драться. а откуда. а с какого района. а почему. а в глаз?
в общем, призвание фрустрировано, на границы не пускают, изучают, достали, обучаться заставляют. не жизнь, а мрак.
но тут приободряется Хэлл. у Хэлла появляется Цель.
и, в бою Ранок таки участвует, но на коротком поводке за ручку с Рэн. а то мало ли чего.
ну там канеш сразу дружба-любоф, да единство противоположного, да прочая поебень.

в какой-то момент Рании удается поговорить с Фирвен. но вот с этим совсем сложно, потому что разговор я вытеснила к херам. видать, подключаться...

ну а потом Рания психует, решает что "вы тут все мудаки, не звоните мне больше" и сваливает домой, в Барн-Мор. тут уже начинается веселуха и к середине войны у Мароса уже есть Темные. вот счастья-то привалило, думает Марос
а вот Рейн их сразу заценила. эта всегда чуяла, кто тут кто. и Хэлл заценил

ну а потом Эстер решает, что пора психануть, собирает своих уродцев и концентрировано ебашит по Гадрахоллу. забвения у нее еще нет. но есть всякие другие приколы, которые переворачивают все вверх дном

23:53 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Цитаты замечательных людей:star:


- И как мне идти дальше?
- Ну... ногами?
----------
- И что мне делать?!
- жить. Это как "ногами", только "жить".

- Хочу быть русалочкой!
- Не, ну сначала Богом, потом русалочкой.

- Радио Зорька в вечернем эфире.
- Но, Люцифер, сейчас день.
- Для Радио Зорьки нет преград!

- Не вызывайте сатану, если у вас есть нерешенные проблемы. Они решатся.

- Ну, детка, успокойся.
- Я, блять, не знаю, хочу ли открыть дверь, а ты говоришь "успокойся"?!

Внезапно все началось. Он сказал ей: посмотри налево. Видишь столб? Нет? Ну конечно, столба же нет. Ха-ха-ха.
Потрясающие шутки Сатаны впечатывались в песок, подмигивали со стен («Дебилы»- читали мы и заливались хохотом). Сатана говорил: везде видите знаки всего. А камень – это всего лишь камень. Но как-то неприкольно, да?

Нормальные люди улыбались мне, пока закипал чайник. Я смотрела на нормальных людей и думала: "в соседней комнате САТАНА БЛЯДЬ".

@темы: Людка, ах, Людка...

21:59 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
А нейтрального нам мало. До тошноты мало.

04:08 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
00:14 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
эксперименты над людьми длиной в жизнь. никогда не кончатся.
#дрнчк_одобряет
Прикольно идти сквозь страх. не бежать сломя голову и расхерачивая все на пути, а идти. размеренно и сквозь. хз куда дойду, но процесс прикольный.

03:23 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Разве это похоже на ветер? (с)
Злой Дорианчик. Очень злой. Страшно.

00:38 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Все прочь с нашего пути,
Восстав из тьмы, мы будем идти


Да, я бог, ублюдки
И это ваш судный день


Как описать ветер? Как узнать, о чем его завывания, его свист? Как описать холод, что жарче любого огня? Как описать оскал - злой и спокойный одновременно? Как выдержать холодный изумрудный взгляд, не ебнувшись в сотый раз? Как описать безумное веселье под маской отстраненного равнодушие?
Он всегда получает, что хочет. Ему это не составляет проблемы. Он не уговаривает и не настаивает - просто берет. А за теми, кто не расслышал, он наблюдает.
Сейчас он наблюдает за мной.
Смотрит.
Постоянно.
Не здесь, далеко. Но постоянно смотрит.
Он знает, что пройдет время и снова буду призывать холодный ветер и упиваться чернотой. Все вертится вокруг одной оси, все намотано на нее, все извечно.
И он знает, с чем встретит меня тогда - с неизменной улыбкой и тишиной. И поведет меня по пустынным дорогам Полнолуния - и куда-то еще. Тем все началось, туда все движется, все закольцовывается, все бесконечно.
Он знает, как быстротечна человечья жизнь и как непрочно человечье мясо.
И это забавляет его.
Он не насмехается.
Забавляет равнодушно-добро. Так, как и всегда.
Ветер.
То, что вливается всюду.
То, что пронзает всё.
То, чему ведомо все.
То, что властвует над всем.

И он знает больше, чем я, чем она. Он знает, что все возвращается на круги своя - потому что оно оттуда не уходило. Он не теряет - он не может потерять. Он не гонится - он не может не иметь.
И он смотрит.
Но он не ждет.
Для него время течет иначе - для него время - череда улыбок, мелодий, движений плоти и выдохов. Карнавал, на котором ему нравится. И он знает, чем он закончится.

Лишь один раз он пришел. Пришел внезапно, порывом, ураганом. Так он приходит, когда зол. Но зол не на глупость, не на задержки. И не на плоть. Зол - на свое узнавание. Зол, что оно ускользает от него - и так яро блистает перед ним. Если бы он мог - он бы разорвал меня на части. Но он не может.
Лишь один раз он пришел и вывел меня под дождь. Уверена, дождя он даже не заметил. Для него всегда горит свет и дует ветер. И я пошла. В ночь, в дождь, босиком. И он показывал мне, как неплотна плоть, будто бы я забыла это. И он показывал мне ночь. И он показывал мне черный дым в синем небе. И он показывал мне кровь - мою. И он показывал мне силу - общую. И он показывал мне вопль и падение, полет и величие.
Так он говорит.
Таков его язык.
Он не любит говорить.
Он любит веселье.

Рания ходит за ним, как Бог, идущий за предтечей. Как дальний сон - она всегда слышится за его спиной.
Она учится.
Она как тот вирус, что учится принимать обличья людей.
Она учится приходить постепенно.
Мягко.
У нее не удается - каждый раз все равно взрыв.
Однако, теперь хотя бы половина конечностей целы.
И ими она рисует свои узоры в воздухе, повторяя узоры плетений, закрепляясь здесь, удерживая меня, призывая остальных.
Теперь она оставляет меня. Здесь. С собой. Вместе.
И я смотрю на нее - и мне нравится, и я хочу умереть.
И я спрашиваю ее о том, что она делает.
Она задает лишь один вопрос - "Тебе не нравится?".
Я замолкаю и наблюдаю за ее цепями и танцами.
Она говорит мало - теперь и она. Она слишком поглощена тем, что делает. Иногда она смеется. Нет, она не умеет смеяться. И, наверно, никогда не научится. Она не улыбается - она скалится. Для нее смех, вожделение и ярость слиты воедино. Все одинаково заставляют ее оживать. Она из них всех более напоминает животное.
Смех - тихий, сухой, низкий, слитый с рыком. Не зря же говорили, что если она улыбается тебе - беги.
Ей еще веселее, чем Дориану.
Она смотрит на деревья, на небо, на детей на улице, на асфальт и воздух - и хочет их. Пытается научить этому Дориана - смотреть и видеть.
Она говорит "Это МОЙ город, это МОИ люди".
"Как это?", - спрашиваю я ее.
"Всё моё", - говорит она. "Я могу сделать с ними что угодно. И я заберу их. Это принадлежит мне. Смотри. Здесь всё моё".

Она зовет своих. Всех. Плетет узоры, как паучиха паутину. Страшные узоры, резкие, мощные. Зовет не голосом, не мыслью, но танцем. Пронзает пространство, вонзаясь в него копьем и выходя по другую сторону. Сливает все воедино. Закрывает глаза - к ним она чувствует нежность. Открывает дорогу детям своим - и не только своим. И они приходят на ее зов, оставаясь незримыми. Ее не разрывает, но внутри нее разрывает меня. Она держит меня. За шкирку, за руку, за Душу. "Не уходить. Привыкай".
Она зовет каждого. Кого-то она разглядывает пристальнее. Для кого-то она дольше плетет узор. Кто-то сопротивляется. Но она знает, чем заманить. Она втягивает в воронку, в которой одно направление - вперед.

"Ты хотела? Они твои".
Смех - тихий, сухой, низкий, слитый с рыком.

Незримые.
Я не вижу их.
Я не чую их.
Но я слышу их.
Эти разговаривают словами.
Может, она приказала им.
Может, им не интересно.

А потом интересно.

И - разом. В каждой комнате, в каждом углу, в каждом вдохе - я вдыхаю их. В каждом предмете, в каждом блике, в каждом дуновении. Серое небо, зеленые листья. Блик на чашке. Тень в углу. Резкий звук. Мне некуда бежать - чтобы бежать, нужно пройти по коридору.
Я не могу подойти к окнам.
Я забываю как дышать.
Меня тошнит.
Я падаю на пол и ору.
Я забиваюсь в угол и ору.
Я начинаю молить.
Я требую их исчезнуть.
На меня обрушиваются стены.

В комнате - спокойнее. Здесь - она. Она - заполнила собой все. По сравнению с их круговертью ее еще можно терпеть. По сравнению с ними она кажется тишиной.
Но мне все равно приходится выходить.
Раз от раза.
Мне приходится.
"А потом они придут к тебе во плоти. И игрушечку твою я приведу - ко времени", - говорит она.
"Как же ты собираешься это осуществить?", - спрашиваю я. И вовсе не про возможность их прихода. "За счет чего я не умру?"
Смех - тихий, сухой, низкий, слитый с рыком.

@темы: Dorian, Vodury, Рания

00:57 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
ЕБАТЬ, ДА.
я дошла до солнышка.
персичка.
лапочки.
РАНОК, НУ НАКОНЕЦ ТО.
это долбанный глоток свежего воздуха.
ПИСАТЬ ПИСАТЬ ПИСАТЬ.

16:25 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
А ты предположи, что мы живем вечно. Че тебе за это будет?
(с)

Ну пиздец теперь

01:26 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
кто родил главу? у кого яйца с километр? а? а?! и кто проживает на дне океана, блэт;((((((
ладно хоть пока без ебли, мама родненькая

The second after Mortis

главная