• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
23:39 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Следуя за мечтой, молись, чтоб потом она от тебя отъебалась.

22:50 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Come a little bit closer
Before we begin
Let me tell you how I want it...
And exactly what I need
I'm here for one drug
I'm only here for one thing
So come on and tell me...
Can you fly like you're free?

Cause I need to feel
Yeah, I need to say

Get a little bit higher
So we can fall till we bleed
Push a little bit Harder
Pull me in to the spear
So tell me can you feel this
Come into my Dream
Are you ready to awaken?
Are you ready to feel?
Cause I need to feel
Yeah, I need to say

I must confess I'm addicted to this
Shove your kiss straight through my chest
I can't deny I'd die without this
Make me feel like a god
Music, Love, and sex
I crave excess I want the sweat
Dripping down my neck I can't deny
I'd die without lust
Make me feel like a god
Adrenaline and sex...

We have to live, before we die.
We were born to roam before we die.
Don't you want to live before you die?
Let me see you live before you die.

22:27 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Говорят, что самый темный час перед рассветом.
Потом, мол, станет светлее.
Пиздят.
ЭТО ДЕРЬМО НЕ ПРОСТО СВЕТИТ, ОНО ОСЛЕПИТ ТЕБЯ К ХЕРАМ.

02:57 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
да!


23:17 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Это, что получается? Что я блядь?
Жалко.
Тока одуплилась, а уже хабалка.
Дайте сигарету. И зажигалку!
Права была Галка...
"Слово за слово... за палкой палка..."

(с)

05:00 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Залитый мутным красным светом коридор тянется вперед и вперед. Поворачивает и снова поворачивает. Играя, касаюсь живых стен пальцами, оставляя на них черные подпалины. Пол крошится под стопами, опадает кусками куда-то вниз, но я уже иду дальше. Не перестаю улыбаться. Здесь нельзя не улыбаться. Здесь смешно. Пронизанные сосудами и жилами стены ничего не отвечают на мое веселье, а я знаю, что им страшно. Вот она я. Иду. И останавливаться не собираюсь. Даже если я здесь ничего не найду, заплутаю в лабиринтах, я - раскаленный нож в масле. Меня не свергнуть. Не спугнуть иллюзией.
Но я нахожу. Я все же нахожу комнату, в которой не осталось ничего, кроме сковывающего ужаса. Комнату, из которой вытащили все внутренности. Которую препарировали. Но хозяйка комнаты все еще здесь. Она живуча. Я знаю, как это. Ее зубы и язык все еще на месте. И она говорит.
- Я не боюсь тебя.
- Нет, боишься.
- Я сотру тебя в порошок.
- Правда?
- Я утоплю тебя в кошмаре.
- В каком еще кошмаре?
- У меня есть то, чем сломить тебя.
- Неужели?
- Не сомневайся.
- И что же это может быть еще?
Но она уже запнулась на последней фразе. Ничего-то у нее больше нет. Все, что было - уже пляшет под мою дудку, ходит строем и отдает честь.
Я весело вскидываю бровь и жду ответа.
Она потирает и заламывает руки. Грызет собственные губы до крови.
Мне бы покончить со всем этим, с выжатой до дна немощью, но тут я тоже безоружна. Я могу крушить стены, завихрять ураганы и дробить недра, но - это всё. Потому мне остается лишь глумиться. Приходить сюда, как на экскурсию. В место бесконечного ужаса. В место ловящего бессилия. В место, в которое я бы ни за что не пустила кого-либо из Темных в одиночестве. В место, из которого меня старались вытаскивать до недавнего времени. Сейчас уже, видимо, свыклись с тем, что я полоумная.
Я вижу, как она уже строит новые лабиринты, в которых я заблужусь на обратном пути. Но я просто исчезаю, таю на ее глазах, не воспользовавшись коридорами. Так нельзя. Так невозможно. А я считаю, что возможно.
И я приду снова.
Я буду приходить до тех пор, пока не пойму, с какой стороны к ней подобраться. Буду приходить, чтобы спросить, что еще у нее есть. Чтобы напомнить, что у нее нет больше ничего. У загнанного в угол не должно быть сил и времени собраться с мыслями. Только изможденный - падет. Так она и победила нас когда-то. А я быстро учусь.
И я улыбаюсь.
И я прихожу.

----

Дориана найти легко. Он не прячется по чащам и пещерам, в отличии от меня. Он если не в Барне, то в Гадрахолле. Всегда на виду.
- Проверь меня, я ничего не подцепила?
Я и сама чую, что ничего, но осторожность превыше всего. Дориан с прищуром смотрит на меня, молчаливо осуждает, но все же прикладывает руку к солнечному сплетению. Объединяя наши Души, он понимает, где я была и ему это, разумеется, не нравится. Но, я невредима. Он чует, что заразы нет и сообщает это мне.
- Ты бы все таки была поосторожнее. Что если не вернешься?
Я усмехаюсь и отмахиваюсь. Для долгих объяснений я все же устала. Усталость накатывает обратно, как только мы разъединяемся. Нет уж, чтобы я не вернулась, нужно придумать что-то покруче.
Хэлл стоит поодаль, замерев и стараясь откровенно не пялиться. Он слушает. Слышит, стоя слишком далеко. Он слышит голос Идалир.

---

Сколько же в Гадрахолле чертовых лестниц. Зачем строить столько этажей, я никогда не пойму. Пары наземных и одного подземного вполне достаточно. От лестниц и усталости кружится голова. Поднимись на этаж, пройди галерею, поднимись еще на два, спустись на один, пересеки площадь, спустись еще на этаж, еще галерея - и попадешь в чертов сад. Дайна ненавидит меня. Зачем так далеко прятать сад? Ладно, строили все это еще до нее. Но Дайна все равно меня ненавидит.
Хэлл идет следом - блядская привычка. Кажется, иногда он даже забывает, что делает, но все равно продолжает идти. Прицепится как банный лист, ладно хоть на отдалении. Спускается за мной в сад. Следует моим маршрутом через петляющие дорожки.
В какой-то момент петлять надоедает.
Я останавливаюсь и разворачиваюсь, прямо как в том сне, когда позволила маньяку прирезать меня.
Его прямо таки раздирает от услышанного и увиденного - это фонит. Тот же триумф и затаенное веселье, что и у меня. Ублюдок слишком много слышит.
Я склоняю голову набок и наблюдаю за его старательной серьезной миной.
- Ладно, можешь улыбнуться, - позволяю наконец.
Но он так не считает.
- Ты с ума сошла?, - он говорит почти шепотом. Его голос тонет в густых зарослях по краям, - Мы же тебя потеряем в один из таких походов.
- Боги... тебя Аэлин покусала и ты стал занудой?, - я закатываю глаза.
- Да при чем тут я!, - он не знает, орать ему или смеяться, - Речь обо всех нас. Мы не можем тебя потерять.
- А ты так печешься обо "всех нас"..., - я слащаво растягиваю слова. Забываюсь и провоцирую. Даже не замечаю, как он подходит все ближе.
Почти вплотную. Я уже чую тепло тела и дыхание на коже. Слова кончаются. У обоих.
- Ты не бойся. Дориан контролирует ситуацию, - говорю я отрезвляющие слова и почти жалею о них.
Впрочем, моя рука уже лежит на его щеке, а губы почти соприкасаются. Но - почти. Нельзя.
Закрываю глаза и вдыхаю потоки энергии - древней и чистой.
Это наш "ритуал". Наше отдохновение.
Близость щекочет нервы. Оба держимся из последних сил, но держимся. Это сносит крышу еще больше. Какой-то сраный милиметр похерит выдержку. Ее так хочется нарушить и так дьявольски не хочется.
И все же - вот они мы. Здесь. Чистые. Живые. В саду Гадрахолла.
Надеюсь, она видит это каким-нибудь образом. И слышит мой смех.

---

Каменный потолок над головой. Над ним - пещерный комплекс. А над ним - еще несколько уровней каменного форта. Шершавые темно-серые стены словно поглощают свет. Горит всего один факел. Освещает кружок пыльного пола под ногами. Если запрокинуть голову, можно услышать, как каменные и земляные спирали тянутся сквозь пространство. Как стонет кто-то в отдаленной камере уровня через три. Как скребется крыса над потолком. Как тихие неровные шаги вздымают пыль.
Это могила. Это клетка. Это всего лишь еще одна из реверваций. Это - мир.
Он стоит у дальней стены, опирается на нее спиной, сложив руки на груди. Молчит. Слова больше не обязательно использовать, вообще ни одного.
Достаточно просто быть рядом, чтобы тюремщик разможжил себе голову о стену от непонимания, как же ему быть с такими заключенными.
Да и кто теперь тюремщик?...

@темы: Рания, sceal'ta, Idalir, Hell, Annam

15:35 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Этим стариком был Альберт Эйнштейн Рания


04:17 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Now the race is on the run
I am looking out for you
I catch you in the woods
And kill you if we meet

Come on play the game
And fight for your life
This is the game
Where i will survive

01:59 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
а ты умный

Твой ДЕВИЗ!

Твое имя
=>СМЕРТЬ ЧЕЛОВЕКАМ !
«Твой ДЕВИЗ!» © jcdfreeman
Twidog.ru — веселые тесты.

01:23 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Не буди меня, ну, не буди,
Не пытайся взглянуть в глаза;
Прорастают ростки в груди,
В венах корни проложат пути,
Обовьет мои руки лоза.

Мои веки покроются мхом,
На ладонях моих - грибы.
Не проси меня ни о чем,
И буди хоть огнем, мечом -
Я сейчас безмолвней стены.

Прямо в землю растет коса,
На губах расцветет пион,
Все ростки глядят в небеса.
Я в дремучих глухих лесах
Обрела настоящий дом.

Я теперь буду кровом зверью:
Буду древом десятку птиц -
Через них я еще спою.
Из ручья я волчиц напою,
Схороню от стрелы лисиц.

Я была бы прекрасный сад -
Как невеста и вся в цвету.
Только не потерплю оград -
Мои соловьи здесь молчат;
Я замок на вратах смету.

Сердце продолжит стучать,
Пока не достанет небес.
Я буду для мира как мать:
Его я должна защищать.
Я уже не в лесу...

Я - Лес.

@темы: Рания

03:13 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Это было бы похоже на кладбище, с его серой землей, оградками по краям дороги и тишиной. Но это не оно. Это какой-то невнятный ебаный пиздец. Зачем продлевать резервацию, которая уже жрется с того конца?

Говорите разборчивее, вас плохо слышно.

Это могло быть похоже на хороший страстный секс, за которым наблюдают втихаря и облизываются. Но это не он. Это очередная бессмыслица, которой мне пытаются что-то сказать, но боятся. А я ввязываюсь в бессмыслицу со скуки.

Вас все еще не слышно.

Это могла бы быть лодка, которую мы тащим на берег из холодной синей воды. Мы куда-то торопимся, а она увязает в песке. Но это иллюзия. Мне категорически срать на лодку, вас и спешку.

Молчите?
Теперь молчите.
Стоит смежить веки - и вы орете со всех концов, разрываете на части. Стоит явиться к вам - и вы тише воды.


Рания восседала на троне Гадрахолла и делала это глумливо. Закинув одну ногу на один подлокотник, она что-то теребила в руке, свесившейся со второго. Ее лицо было в ссадинах и крови, как и все остальное. Из прорехи в куртке, где-то под ребрами, зияла самая большая рана. И она не прекращала улыбаться. Выше задирала гордый подбородок, от чего пробитая артерия продолжала кровоточить. Половина зала мечтала, чтоб она скорее уже сдохла. Вторая половина мелко тряслась. Аэлин металась на коленях перед троном, умоляя допустить ее к ранам. Где-то сверху громыхнуло лопнувшее от жара стекло - наверно вылетело окно в подожженных покоях. Хэлл и Огненный, стоящие ближе всего в трону, переглянулись, решая, не пора ли уже бежать тушить.
- А кто из вас адекватный?, - продолжала Рания, - Есть хоть один адекватнее меня? А, ублюдки? Может ты?, - она обратила взор к Дайне, - Сидела в своей вонючей норе, пока я не пришла тебя выковыривать. А я что? А я вот она, здесь, - Рания показушно развела руками, - Меня искать не надо. Я грею трон своей жопой, видишь, сучка? Или может ты?, - она обернулась к Хэллу, - Ты, блять, кусок самого ненормального говна, какое я только видела. Грехи даже перечислять не нужно - и так у всех на языках. Как и твои, кстати, - облитый кровью коготь указал на Дориана, - А может ты у нас сама сознательность?, - Рания повернула голову еще раз и некоторым показалось, что она у нее сейчас отвалится. На сей раз обращения удостоился Огненный, - Бросаешься на всё, что видишь, как голодный пес. Вон, посмотри на Хэлла. Да он почти обделался.
- Ты их обоих чуть не угробила!, - подала голос Дайна.
- Я разве давала шавке слово? Ты, помимо прочего, еще и язык за зубами держать не умеешь? Займи трон и верни нам всё. Не можешь? Ах, да, ты же его уже просрала и еще до того, как пришла я.
Дайна потупилась, как и большинство присутствующих. Абсолютно полоумная и окровавленная Рания была права. Она уже час призывала оспорить ее правоту и доказать ее недееспособность, но это было не так просто, как казалось по началу. Она не дохла.
- Кто там следующий? Где посольство Лигоса? Высших вижу. Где Лигос?! Пропустят все, а потом снова будут кусать за пятки? Передайте и этим тупицам мои слова.
- Рания..., - Аэлин осмелилась снова обратиться, хоть и перешла на шепот. Рания зыркнула на нее гематомным глазом, но больше никак не отреагировала.
- Вы все, каждый тут - ебнутые, неадекватные твари. Не вам гавкать на меня.
Зал не ответил.
Дориан старательно держал спокойную позу и все пытался впихнуть свой поток регенерирующей энергии. Поток отклонялся, Рания улыбалась, заливала кровью пол и не дохла.


Обосранцы.

@темы: Рания, sceal'ta, Hideaway

23:00 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Он тупой. Он не пробьет защиту. Только себе.
(с)Цитаты великих пидоров

03:49 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
ничего не стало, одно лишь горе,
одни болота; я стала старой.
и тогда я пошла на черную гору
по имени Воттоваара.
и не было ни совета, ни дара.
я вышла на трассу в сентябрь под вечер.
и имя горы, что меня ожидала,
означало «ожидание встречи».
и я шла на север по лесам и листьям,
становилось все ветреней и холоднее,
с каждым километром; барсуки и лисы
зарывались в норы, что их согреют.
я шла, и по левую руку лежала
черная вода, в ней стояли березы,
и хребты их мертвые отражало
мертвое болото. дожди и грозы
проходили западом. я шла лесами,
и пахло грибами и влагой земною,
и красные листья под ветром плясали,
и мертвая вода смыкалась за мною.

*
село называлось Юстозеро и стояло
там, где дорога совсем сменялась лесами.
меня, замерзшую, закутала в одеяло
старая женщина с белыми волосами,
женщина по имени Айно, что жила на грани
озера и неба, дороги и леса,
без мобильной связи, без страха и без желаний,
в деревянном доме возле воды белесой.
она дала мне еды и указала дорогу,
и еще долго стояла у поворота,
и она была севером, небытием и богом,
и пахли руки ее брусникой и медом.

*
новое село называлось Гимолы,
говорили, что место плохое, гиблое,
чтобы я не верила здесь прохожим,
чтобы я дорогу у них не пытала,
потому что под человечьей кожей
может волчья пасть быть с желтым оскалом.
впрочем, приютил меня первый встречный,
он сводил меня в баню, уложил у печки,
и луна над соснами долго не меркла,
и я шла босиком по траве по вялой,
и гора, которую называли смертью,
ожидала меня, ожидала меня, ожидала.

*
бурной жизнью были ее склоны,
и я шла наверх по траве зеленой,
по высокому мягкому мху, под которым
пряталось ее гранитное тело.
времени не было, но я знала, что скоро
наступит вершина.
чего я хотела?
зачем я шла и чего я искала?
я не знала, но думала, что отвечу,
когда зелень сменится на небо и скалы,
чье имя значит «ожидание встречи».
среди серых и зеленых зарослей мшистых
пряталась брусника и маленькие озера,
и я шла по этой бушующей жизни,
поднималась на черную гору.

*
я поднялась. на ее вершине
не было ничего живого.
только камни. и еще когда-то здесь жили
деревья, но ветер снова и снова
траву и землю выдувал отсюда,
остались лишь остовы от деревьев,
еще камней неживые груды
еще остатки мха и кореньев.
и плоть гранитная была обнаженной,
как кожа женщины, и я смешала
кровь с ее влагой. под мертвой кроной
я, обнявшись с горой, лежала,
и слушала голос ее. и позже,
когда я вернулась, я стала иначе
с людьми говорить, но тогда-то, лежа,
я не просила любви и удачи,
я слушала голос этот, что вечен,
принадлежащий горе, и боги
дали ей имя «ожидание встречи»,
встречи, сияющей за краем дороги.

*
светило солнце и по зеленым
водам болот растекалось жаром.
и кто-то спускался к тропе по склону
горы по имени Воттоваара.

15:41 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Еще один вариант.

Сначала начали пропадать люди.Не было ни телефонных звонков, ни записок, ни воплей. Буквально растворялись в воздухе и никто не мог их найти. Причем в таком количестве, что за сутки исчезла половина города. Было объявлено чрезвычайное положение, улицы заполнили мусора и поисковые отряды. Они тоже пропадали. Паника усиливалась. Оставшиеся стенали, ища своих родственников или прятались по домам. Меня тоже пытались прятать. А я стремилась остаться на улице и смотреть в насмехающиеся небесах. Казалось, за облаками, густо укрывшими город и окрасившими небо в серый цвет, таилось нечто живое.
Потом воздух переменился. Он наполнился серым туманом, словно небо падало вниз. Он клочками летал по улицам, завихрялся. Его приняли за химическое оружие, пытались развеивать, брали пробы воздуха. Воздух оказался ядовитым. Поднимался ветер - не сильный, но он так же был отрывист, словно тысячи маленьких ветров, кружащих повсюду. В разных направлениях. Паника достигла предела - еще и потому, что люди начали не только видеть, но еще и чуять - на них смотрят.
День снова сменил ночь - и погасли все огни. Электричества больше не было. Это случилось в предрассветный час, я была на улице - снова сбежала из "спасительного убежища". Точнее как сбежала... Уговорила человека, пасущего меня, пойти со мной. Внушила ему, что все в порядке и это всего лишь гроза. Я была убедительна, как небо над моей головой. Прямо над мной погас фонарь и огни ближайшего дома. Мрак окутал всё.
В тот же день начали падать снаряды - бесформенные куски черного камня неизвестной никому породы размером с две человеческих головы. Они летели откуда-то из-за облаков с невероятной скоростью и крушили все, во что попалали. Сначало их было мало - лишь несколько за день упали на нашей улице. Не спасали никакие убежища.
К вечеру их стало больше. Они летели уже подобно граду, но с разных направлений. Свист и грохот во тьме - все что я слышала. Тогда я поспешила через город, мне нужно было попасть в один конкретный дом и найти там некую вещь. Это вдруг стало очень важно. Вещь когда-то была моей - это я вдруг вспомнила. И она была очень важной - это было ясно как день.
Меня останавливали и пыталсь отволочь в ближайшее убежище.
- Ты с ума сошла?!
- Нет, все в порядке. Все как должно быть.
- Что ты нахрен несешь?! Мы даже не знаем, что происходит!!! Мы все умрем!!!
- О нет, мы знаем, не беспокойся. И - да, ты прав, умрем.
- Да ты... с ума сошла?! Что Ты Знаешь?!?
- Все в порядке..., - с улыбкой ответила я и втянула носом сладкий переменившийся воздух.
Больше мне не мешали. То ли сочли сумасшедшей, то ли что-то знающей и могущей всех спасти. Этот человек так и продолжил идти за мной, хотя уже не останавливал. Как все таки спокойствие и уверенность в таких ситуациях западают в сердца... Я тихо насмехалась вместе с небом.
Я вошла в нужный дом. Следы бомбежки были везде - половина его уже была смята как бумага. Странно, что ги один из снарядов до сих пор не угодил мне в башку. Я прошла к нужной комнате и начала рыться в покореженных комодах. Сопровождающий меня человек исчез. Может его уебло снарядом еще на улице, почем мне знать... В какой-то момент я почуяла присутствие и не совсем человеческое. И руку на моей руке.
- Эй, я знаю, что ты ищещь. Я помогу.
Он выглядел совсем как человек, причем довольно ободранный. Но он был доказательством того, что я все же не сошла с ума.
Может, и кто-то еще успеет проснуться до конца...

00:50 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Люблю весну. Снег тает, иллюзия нормальной жизни тает, психическое здоровье тает, шансы на будущее тают, словом, красота.

(с)

00:36 

сказка для детей

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Слишком много блеска. Слишком много существ вокруг. Слишком много голосов.
Они бесили тем, что не могли заглушить скребущийся в голове шепот. Неизвестные слова улавливались обрывками. Знакомый голос шептал что-то невыразимое, неизвестное. Ощущение присутствия пронизывало все вокруг, от него было не скрыться.
"Что ты хочешь сказать мне?".
Я сверлила его глазами, стоящего поодаль. Он беседовал с кем-то из Темных. Кто-то сновал туда-сюда, завершая подготовку. Дориан выжидал время для произнесения речи. Толпа внизу расслаблено-радостно гудела. Слишком много голосов. Слишком много чертовых праздников.
Ветер не нес с собой ничего, кроме чертовых отголосков чертова шепота. По рукам пробегала тихая дрожь, но она тоже отвлекала.
- Я сейчас отменю все к херам, - изрек Дориан, в сотый раз обеспокоенно повернувшись ко мне.
- Не смей, - я крепче сжала зубы, - Все в порядке.
- Клянешься?
- Клянусь, - ответила я на выдохе.
Хоть сегодня должен был быть какой-то контраст с "все обезумело и летит к ебеням".
Я решила не поднимать панику, пока точно не пойму источник. И цель. И многое.
Да и тогда можно справиться самой. Пусть празднуют. Им это нужно.

Не выдержав какофонии голосов снаружи и шепота неизвестно откуда, я сбежала во дворец. Выбрала момент, когда мой уход не будет замечен. Поднимаясь по лестницам, я видела, как он поднимается следом, на отдалении. Следит за мной.
Я много раз спросила себя - стоит ли обернуться и заговорить? Нет, разговора не выйдет. Разговора без мордобоя или очередного падения в бездну.
Я видела перед собой Черную Гору, чуяла ее запахи, слышала ее шепотки... Ко мне взывало нечто, уже оторванное от нее. Оно настаивало. Так неразборчиво...
И я видела черный силуэт в ее недрах, которого там уже нет. Он стоял у трона, возвышаясь над тенями, окружившими его - многочисленными обитателями Горы. А трон был пуст. На нем не было Мортис, не было Рэйка. Силуэт стоял на пути к нему, перекрывая путь.
"Чего ты хочешь от меня? Чтобы я вернула тебя туда? Чтобы нарушила соглашение с Рэйком? Чтобы дала тебе соишком многое? Чтобы ты перестал ныть о том, как тебе неуютно здесь, в теле Высшего и перестал преследовать меня?".
За разгорающимися яростью мыслями я не заметила, как слежка отстала где-то позади. А шепот стал громче.
Не в силах вынести его, я привалилась спиной к стене и обхватила голову руками. Вовремя я ушла. Вовремя.
Мне нужны были слова, которые я могу понимать. И потому я открыла портал.

В иное время я бы медлила входить туда. Но сейчас ярость выжгла всё. Стражи у входа все так же не пускали внутрь без браслета. Надеюсь, все остальное Рэйк тоже оставил неизменным.
Обитатели Горы разбегались от меня, пока я шла по коридорам, не прикрыв голову. Им нельзя было показываться чистым - это пугало их, делало им больно, показывало их слабость, их болезнь, их заточение. Но мне тогда было насрать.
В тронном зале случился коллапс - некоторые даже пытались отрезать себе руки или лица.
Одно слово Рэйка успокоило их. А на меня он смотрел злобно. Я нарушила покой.
- Рэйк. На пару слов.
Не задерживаясь ни на миг, я прошла мимо трона, в покои Хранителя. На зубах противно скрипело омерзение.

Он держался на расстоянии, медленно обходил меня, не спускал глаз. Конечно же он уже знал о возвращении Хэлла, а значит и Гаста. Знал, что его время на Черное Горе может быть сочтено. Подозревал, что я пришла именно за этим.
Я по привычке прошла к полке с вином и даже схватила бутылку, к которой любила прикладываться, когда сама обитала здесь. Как же давно... Бутылка выскользнула из пальцев, но я успела поймать ее и поставить на место. Рэйк за спиной продолжал настороженно лавировать. А я даже не знала, с чего начать.
- Ты поставил чертов стол..., - нервно усмехнувшись, процедила я сквозь зубы и кивнула на новый предмет мебели. Действительно, большого стола и пары мягких кресел здесь раньше не было.
- Люблю удобство, - медленно проговорил Рэйк, усаживаясь в одно из кресел и отгораживаясь от меня столом. Я не двинулась с места.
Пауза затянулась.
- Ты же знаешь...
- Знаю, - отрезал Рэйк.
Я не представляла, как вырулить разговор в мирное русло.
- И что думаешь об этом всем?, - как-то выдавила я из себя.
- Это предложение или вопрос?, - Рэйк подался вперед, его голос полыхнул злобой.
- Это жажда чертового совета!, - я рухнула в кресло напротив и тут же пожалела о своем тоне. Но и заметила, что проклятый шепот сюда не достигает. И тогда я впервые взглянула Рэйку в глаза.
- Совета?, - он сощурился, растягивая слово, - Так ты за этим здесь?
Я раздраженно выдохнула.
- Ты все еще остаешься моим советником, хоть вечность здесь просиди. И - ты остаешься здесь.
Наступила новая пауза, хоть и уже иная. Рэйк обдумывал мои слова. И, кажется, расслаблялся.
- Так чего ты хочешь?, - наконец он заговорил.
- Меня беспокоят... видения.
- Серьезно?
Сарказм в его голосе почти бесил, но я вовремя вспомнила, что это его неотъемлемая часть, как и глаза, меняющие цвет на каждом вдохе.
- Я не могу их игнорировать. Я слышу шепот на неизвестном мне языке, вижу слишком странные вещи и знаю, кто в этом повинен. Потому и спрашиваю тебя. Это... все же в твоих интересах тоже.
Рэйк встал и ушел к узкому окну.
- Такие слова обычно говорят наемным убийцам, - проговорил он, стоя спиной ко мне.
- Уж поверь, наемные мне не понадобятся..., - ответила я на пределе слышимости, - Но об этом пока рано говорить. Хочу лишь знать, верно ли я истолковываю то, что приходит ко мне. Ты сейчас как никто связан с Тьмой. Ты должен знать.
- Знать что? Почему ублюдок преследует тебя? Это и так известно. Хочет ли он занять мое место? Это тоже очевидно...
- Знать, что мне делать.
Рэйк обернулся и вопросительно поднял бровь.
- Ты меня об этом спрашиваешь?
Наверное, в тот момент я была похожа на загнанную жертву. Неужели я ошиблась с приходом сюда?
- Вместе с шепотом ко мне приходит понимание того, как мы поколебали Истину. Я поколебала. Его место - здесь. Это так же ясно в моей голове, как и то, что я скорее сверну ему голову, чем допущу это.
- Знаешь, что я скажу тебе, Рания...., - Рэйк вернулся в кресло, его взгляд устремился куда-то сквозь стены, куда-то слишком далеко, - Я видел, как рушились союзы, жизни, государства. Бессчетное число раз наблюдал одно и то же - как вражеская лавина, катаклизмы или они сами приводили себя к краху. Как они расцветали, достигали зенита и падали вниз - с грохотом, который казался им оглушающим. Как города тонули в крови, люди теряли все, а любовники отворачивались друг от друга. Все это казалось им катастрофой, которая перечеркнет их сушествование. Я смотрел на них, как на мелочную возню внизу. Раз за разом, эпоха за эпохой - новые правители и народы повторяли историю старых. Потом я перестал обращать внимание на их мелькание. Некоторые приходили ко мне и молили "спаси нас от этих ужасных перемен, наш мир рушится и никогда не станет прежним". А я даже не запоминал их лица. Стоило только отвернуться - и вот уже молят новые. И все о том же. Молят меня, своих богов, злых захватчиков... Знаешь, что я понял из всего этого? Все это - болото, полное стенаний. Мусор. Величайшие империи не имеют значения. Жизни не имеют значения. Любовь не имеет значения. Правильная последовательность и твоя Истина на имею значения. Но они, эти люди, продолжают цепляться за них. Борются за них. Умоляют вернуть им их. Черви, копошащиеся в грязи...
Он обернулся на меня.
- Но глядя на тебя, Рания, я вижу зверя. Не тот жалкий кусок недолговечного коленопреклонного мяса, что я видел прежде, повсеместно. Ты - зверь, разрывающий устои, баламутящий затхлое болото... Так же, как и он.

Я подняла взгляд, не совсем понимая его слова и - слишком хорошо понимая.
- А что тогда важно, Рэйк? , - спросила я, помедлив, - Если не сила, не любовь и не память?
Вместо ответа он улыбнулся.
- Зверю важна добыча. И - самому не оказаться ею.

Я вернулась в Гадрахолл и тут же подверглась нападкам Дориана. Он пытал меня, где я пропадала, а я прислушивалась и больше не слышала отрывистых шепотков.
Хэлла нигде не было видно.

@темы: Тьма, Рания, sceal'ta, Hell

03:12 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Кратко о последних событиях.


в свете луны одинокой и чистой
бродит в раздумьях, не зная себя,
то ли летящий мне в голову миксер,
то ли рычащий кусок воробья.
(с)

22:42 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
И добавить-то нечего :-D

09.03.2016 в 21:09
Пишет Майлах:

Увидела гениальную фразу вк: "Раб не ищет свободы. Раб сравнивает хозяев."

Это повергло меня в негодование.
Это какой блять еще раб сравнивает хозяев?!
Хуевый раб, хуевый.
ХУЕВЫЙ МЕРТВЫЙ РАБ


URL записи

03:16 

сказка для детей

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Высшие ненавидят Темных. Ну то есть как ненавидят... Притерлись уже, конечно, друг к другу, привыкли. Но Высшие все равно ненавидят. Про себя, очень тихо. А в последнее время появлся еще один повод для тихой ненависти.
Темные пиздятся как полоумные. На технику и мастерство они насрали еще с самого начала, а вот напор выдают такой, что понять это невозможно. В тем более повторить.
И пиздиться они любят. Рания "вроде как" закончила с попытками тренировать Высших, потому что решила, что "этих немощей больше ничему не научить". Но издевательства на этом не закончились.
Они приходили и смотрели на тренировки Темных. Или просто мимопроходили. И они страдали.
Наблюдать, как двое сражающихся ни разу не учебным оружием превращаются из двоих сражающихся в мелькающее пятно, в котором уже не понятно, кто кого и чем, чья кровища не земле и кто в кого зарядил сгустком энергии. А потом услышать "А ну-ка повтори". Высшие конфузятся и просят помедленнее. Темные типа не понимают сущности вопроса. Высшие перестают приходить глазеть на тренировки. А Темным оно и надо.
С Ранией сражаться просто страшно. И дело даже не в том, что уделает, а в настроении, которое посетит ее ебнутую голову. Она может и ласково погладить, в действительно обучающих целях, а может ВДРУГ вспомнить что-нибудь из прошлого и соперника потом придется сшивать по кусочкам и воскрешать.
Высшие никак не возьмут в голову, как двуручник, который должен быть медлителен, превращается в мелькающее пятно из конечностей. Рания, впрочем, этого тоже не понимает. И просто представляет, что она ветряная мельница. Наверно.
Иногда мелькающая картинка из рук, ног, плащей и металла ненадолго замедляется - это потому что она делает замах. Темные ссут кипятком от ее широкого рубящего удара сверху вниз, вздымающего землю. Или не землю. Тут главное успеть отскочить.
Темные ссутся по углам и обычно их приходится долго уговаривать сражаться именно с Ранией. Впрочем, от нее разит безграничной любовью к деткам и они все таки ведутся.
Аэлин всегда рада попиздиться с Ранией. Ей вообще за счастье раздать подзатыльников "этой идиотке", ну или попытаться. Аэлин более медлительна, изящна. У нее есть что-то наподобие своей техники. И с двумя мечами ей легко упрыгивать от ударов. Их поединок всегда заканчивается красивой демонстрацией и сестринским рукопожатией - ее Рания реально щадит.
Дориан всегда сидит на камушке повыше и возвышенно наблюдает за процессом. Он тут тсарь и бох и контролирует все. Ему приятно так думать. Смотрит задумчиво из-под прикрытых век и попивает вино, как ветеран на пенсии. А пиздятся они наедине. Ибо публике наблюдать это вообще страшно - сшивать потом приходится обоих.
Огненный к Рании не лезет. Он слишком хорошо знает, чего стоит ее сила. Он предпочитает противника послабже и попредсказуемее. Он тоже наблюдает - и запоминает.
Рэд присутствует, но бои Рании наблюдает с рожей мрачнее тучи. Ей вовсе не нужно выходить на бой, чтобы получить от Рании пиздюлей, это и так происходит каждый день. Рэд смотрит и мечтает однажды ее победить.
Шэнерил бои игнорирует полностью и с презрением. Как и все Темные, специализирующиеся на магии. Она сидит где-нибудь за Дорианом, чтоб кровушка на бело личико не плеснула и тихо отпускает едкие комментарии.
Оберона хрен найдешь во время боя - он где-нибудь на соседней лужайке пиздит молодняк. У него своя атмосфера и мечты о том, как он трахнет Аэлин.
Идиллия.
Хэлл неделю бродит вокруг Рании и увещевает, что стал сильнее и ему срочно нужен бой. Рания отмахивается. Потом Хэлл приходит на площадку для боев. Встревает у всех костью в горле и снова требует. Рания стоит, уткнув меч острием в землю и молчит. Медленно дышит и вроде как размышляет. Дориан начинает адово фонить в духе "я молчу, но все вижу, учти". Хэлл кратко зыркает на него и снова умоляющим взглядом сверлит Ранию. Рания бросает что-то вроде "подохнешь - сам виноват, поднимать не буду" и лениво покачивает стопой. А Хэлл рад. Ему в кайф. Даже пиздюлей получить. А в собственном бессмериии он уверен как всегда, как идиот.
Рания первой не бьет. Она замирает, вовремя отходит, отбивает, защищается. "ну куда ж ты, тупопылый, со своим ножичком полуторным полез...". Хэлл провоцирует. Он и техничнее, и ловчее. В итоге ей приходится отвечать, чтобы не получить позорную царапину от "какого-то Высшего". И вот когда она уже входит во вкус и ловит неповторимую мелодию боя - ее переклинивает. Память, она вот и она наступает. Злоба помогает драться, похоть мешает. Одно налетает на другое и взрывается оглушительным шквалом. У него нет шансов.
Но Хэлл не соврал по поводу "стал сильнее". "Стал первозданнее", - думает Рания про себя. Хэлл не стесняется использовать магию, и Рания не отстает - огревает его мощным водоворотом Идалир. Но его защита выдерживает с легкостью. Тьма - есть сама защита. В том, с кем она сражается, не осталось уже ничего от Высшего. За его спиной - сама Мортис. Или что покрупнее.
Битва переходит в поединок магический - в попытку смять друг друга чистой энергией. Они не двигаются с мест, застывают изваяниями и между ними два потока пытаются потопить друг друга. Грань, место соприкоснрвения двух энергий не движется ни вперед, ни назад - силы равны.
Рания улыбается. Кажется, стоит ей чуть сильнее надавить и Хэлл рассыпется в прах. Но она не торопится.
Вместо этого не выдерживает Дориан. Легким выдохом он направляет свой собственный поток и грань взрывается. Удвоенная сила откидывает Хэлла прочь, он падает на землю, он повержен. Но, его защита снова выдерживает - он остается жив, хотя и не быстро приходит в себя.
Темные начинают негодовать. Как это, мы - и нечестно биться?!
Один взгляд Дориана затыкает их.
Рания же сверлит взглядом его - то ли испепеляюще, то ли благодарно.
Дориану не интересно, кто сильнее и получит ли Высший свой бой.
Он знает, кто сильнее.
И кто получит всё.

@темы: ярость, Тьма, Рания, sceal'ta, Vodury, Idalir, Hell, Dorian, Beaters and Reapers

02:10 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Я уже заебалась каждый раз попадать в одно и то же место. Темные лес, нет, реально темный. Как будто с уменьшенной экспозицией. Земля - сплошное болото. Меня уже тошнит от лодок. Мох растет, свисает, оплетает. Его даже можно жрать, но он заебал.
Посреди всего этого дерьма - клочок суши с фортом на нем. Форт все время разный и меня туда все время затягтвает. Куча народа - в основном беженцы из затопленных земель. Да че там еще затапливать то, блять?! В центре - самое большое здание, хотя бы похожее на здание. А в нем - генератор. Белое Божество бы обзавидовался. А еще эта штука возвращает память. Любому вообще. Я туда не заходила, мне незачем.
Я не пойму, ты что ли выстроил себе подобие Черной Горы? Больной ублюдок.
Расхаживаешь там с гордым видом, свысока глядя на всех. Даже в своем облике, вообще не стремаешься.
Не представляю, что ты хочешь мне сказать всем этим. Забери нахрен свою недожранную резервацию!
И пошли уже повторим.

@темы: Hell, Hideaway, sceal'ta

The second after Mortis

главная