Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
05:16 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
02.03.2016 в 00:14
Пишет Миртовая ветвь:

Я шла и думала,будто бы забыла что-то важное. И если бы вспомнила, то мир точно встал бы на свое законное место. Я шла, и меня преследовало чувство адского сюра, сна. Казалось, что сейчас дома-декорации рухнут, снег исчезнет (тут был бы полный респект), и я вознесусь.
И все-таки, - думала я, - что,что именно я успела так истово позабыть.
читать дальше

URL записи

00:43 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
All I really want is something beautiful to say...

Keep me locked up in your broken mind
I keep searching, never been able
To find a light behind your dead eyes
Not anything at all

You keep living in your own lie
Ever deceitful, ever unfaithful
Keep me guessing, keep me terrified
Take everything from my world

Say, can you help me
right before the fall
Take what you can and
and lead me to the wolves

Keep me dumb, keep me paralyzed
Why try slimming? I'm drowning in fable
You're not that saint that you externalize
You're not anything at all

All I really want is
something beautiful to say
Keep me guessing
keep me terrified

All I really want is
Something beautiful to say
To never fade away
I wanna live forever

All I really want is
something beautiful to say
Words are weapons
how they terrify

All I really want is
Something beautiful to say
To never fade away
I wanna live forever

@темы: Hell

20:58 

Я! ТОЖЕ! ХОЧУ! В ОТПУСК!!! (с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Пьеса "Один день из жизни замечательных людей".
Акт первый, действие первое.

Рания:
- Так, построились, щас будем делать апокалипсис.

Дориан:
- Ок.

Темные:
- Ваще ок!!!

ББ:
- Ок.

Дженова (из капсулы):
- Вы все пидарасы, но ок.

Огненный:
- А я женюсь.

Рания:
- Охуел?

Дориан:
- Охуел?

Дайна:
- На мне.

Рания:
- Охуел.

Дориан:
*кивает*

Гаст:
*восстает* Привет.

Аэлин:
- Так, вот я щас не поняла...

Муния:
- Я ниче не делала, оно само, чесн.

Гаст:
- Она ниче не делала, я сам.

Огненный:
- А давайте я отрежу ему лицо.

Рэд:
- Гы.

ББ:
- Ну охренеть теперь.

Дориан:
- Как же я устал от этого дерьма...

Хэлл:
*появляется* Ой, простите, я не хотел *снова обращается Гастом, будто бы ниче не было*

Тиран:
- У меня поместье горит!

Все:
- Иди нахуй.

Рэйк:
- Так, я не понял.

Все:
- Фсё ф парядки, атвечаем!

Освобожденный:
- Интересная тут у вас пати.

Гаст:
- Я тут просто в сторонке постою, ок? Не обращайте на меня внимания.

Огненный:
- Эй, у меня вообще-то свадьба!

Рания:
- Ееееебааааааааать..... /_\

@темы: sceal'ta

19:49 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
мой город был и велик и смел,
но однажды сошел с ума
и сойдя с ума он придумал чуму
но не знал, что это чума
мой город устал от погон и петлиц,
он молился и пел всю весну
а ближе к осени вызвал убийц
чтоб убийцы убили войну

убийцы сначала убили войну
и всех кто носил мундир
и впервые в постель ложились одну
солдат и его командир
затем они устремились на тех
кто ковал смертельный металл
на тех кто сеял солдатский хлеб
и на тех кто его собирал

красные листья падают вниз
и их заметает снег
красные листья падают вниз
и их заметает снег

и когда убийцы остались одни
в середине кровавого круга
чтобы чем-то заполнть тоскливые дни,
они начали резать друг друга
и последний, подумав что Бог еще там,
переполнил телами траншею
и по лестнице тел пополз к небесам,
но упал и свернул себе шею

мой город стоял всем смертям назло
и стоял бы еще целый век,
но против зла город выдумал зло
и саваном стал ему снег
возможно, что солнце взойдет еще раз
и растопит над городом льды
но я боюсь представить себе
цвет этой талой воды

красные листья падают вниз
и их заметает снег
красные листья падают вниз
и их заметает снег

@темы: sceal'ta, город

00:06 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
я хуею в этом зоопарке

#стори_оф_май_лайф


21:58 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
меня в кружок антагонистов
позвали четверо ребят
не объяснив мою задачу
ничо ващще не объяснив

05:05 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Иду по длинному коридору; обшитые дорогим деревом и увешанные тяжелыми гобеленами стены кажутся бесконечно высокими. Затхлый воздух при каждом шаге пышит жаром, пылью и парфюмом. От входной двери уже веет прохладой и дождем - я еще не чую их, но уже предвижу.
...Пространство за высокой двустворчатой дверью расплывается в туманной дымке, тает в каком-то странном свете.
Сколькие здесь пролили кровь - не счесть. Сколькие заплутали в лабиринтах дома. Сколькие лежат истлевшими скелетами по дальним комнатам, в которые годами никто не входил. А передо мной - выход.
- Хочешь - уходи. Я отпускаю.
Хочется обернуться, но вместо этого закрываю глаза и пытаюсь определить по голосу. Сумрачный? Кто-то из Темных? Нееет.
- Ты же знаешь, я не бегу от чего-то. Только к чему-то.
- Ты же так хотела выбраться.
- Я хотела познать тебя. Тебя долго приходилось провоцировать... Наконец явился.

---

Вспышки в небесах, блики повсюду, блестки на лицах, огонь, сладкое вино, музыка, слишком много украшений, танцовщицы сбрасывают тяжелые платья и танцуют обнаженными. Словно кто-то втащил часть Ветра прямо сюда. И кто бы мог быть этим умником? Слишком красиво. Слишком шумно и всё мелькает. Слишком безумно. Как раз, чтобы заглушить, замаскировать истинное бнзумие - сплетающиеся в небе огонь и молнию. Их почти не видно за разрывающимися без конца фейерверками.
Не нахожу себе места. Круговерть должна успокаивать, одурять до беспамятства и полной отключки мозгов - за это все так и любят Ветер. Но фон слишком сильный. Здесь он сильнее. Словно что-то древнее, необъятно крупное, необозримое, выше небес, бродит среди нас, продавливая шагами землю. Такое, от чего наши сердца всегда сжимаются, дыхание замирает, глаза слепнут, что вводит нас в экстаз. По коже бегают и жар и холод, ускользают, появляются снова - будто две змеи, которых не поймать.
Первая мысль - убежать и выть где-нибудь в каменном мешке подвала. Принимающим с благодарностью не понять когда-то так же принимавшего, но утерявшего.
Но убегать не хочется.

---

Не говори. Я не желаю слушать. Каждое слово делает меня полоумной. Каждое. На любую тему. Слово, сказанное вслух. Она слышит их все. Она придает каждому смысл. Для кажого у нее есть своя история. Каждое она вплетает и уже не отпускает. Каждое ведет. Каждое приводит.
Лабиринты, которые могли бы быть сплетены из слов, опадают стенами вниз, стены обращаются тонкими нитями, лежащими у ног. И я вижу все. Я вижу на мили во все стороны. Нет больше лабиринта. Есть я и пространство, заполненное до отказа.
Нет, я не смеюсь. Нет, я не захлебываюсь. Нет, я не схожу с ума.

Я как никогда в себе.

---

Высокие, увешанные гобеленами коридоры. Слишком много блеска. Слова невпопад. Сквозь коридоры, блеск и слова идет ко мне черная фигура с пылающими ядовитой зеленью глазами. Шаг его зверин, пружинист, на устах его улыбка.
Боковые двери сносит шквал огня и сквозь них вижу вторую фигуру - такую же черную, тонкую и пылающую невыносимым холодом.
Сзади слышу поступь третьей.
Я слышу.
Слышу.
Слышу!

@темы: Сумрачный, Рания, sceal'ta, Hideaway, Hell, Fiery, Dorian, Dayna

18:12 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Чистосердечное.


Идите нахуй, бляди, я еще не готова.
Ладно...


Ну значит так.
Когда ты в пятисотый раз психанул, пересрался со всеми, отпиздил пару Светлых за их "обоснованные" претензии, одному вообще срубил башку, тебя изгнали отовсюду откуда можно и у тебя еще нет двадцать два рыла ублюдков, и ты идешь топиться к ночному озеру (хуле там, не топиться конечно), и тут появляется нечто и:
- Да все норм. Все норм, точно говорю. Так им и надо. Они пидарасы. А я? Да я так, мимопроходил. На самом деле я тоже норм, просто прикидываюсь, чтоб и меня не того. Ну. Ты понимаешь. А у тебя там вроде дела есть, да? За Эстер охотишься? Пошли охотиться вместе! ^_^
И все, и пиздец. И любовь, и розовые поняши и вечная жизнь.
Знаю, знаю - это все не оправдание. Нихрена вообще не оправдание. Но это же чистосердечное, в конце концов.

А еще он существовал тогда, раньше, и они с Мунией пели друг другу о любви и вечной жизни еще тогда. И небо было голубым и деревья высокими и все такое.
Грэссл там тоже был, но он был декорацией.
Дориан тоже был декорацией. Они с Ранией вообще друг друга ненавидели. Он ее за то, что немощь, а ей просто было некогда. Вся в делах.

А дело всегда одно - собрать мозги в кучу и не творить хуйни. Стоишь ты в Менглёде перед троном и тебя кроют всеми возможными хуями, или ведешь ты толпу отморозков вниз по склону, или любое другое ее занятие - мозги всегда должны быть собраны.
И только одно помогало их собрать. Вечно. Из раза в раз.
Это очень хуевое чистосердечное, я понимаю.

От него всегда веяло этим. Собранными мозгами. Спокойствием. Вечностью. И древностью. Я всегда перлась по древности - а он сохранил в себе чуть ли не Первого. Будто настоящее для него всего лишь сон, а и сам он весь там - в чистоте и Истине. И он затягивал туда за собой.

Сейчас я пытаюсь расчленить это ебнутое ощущение, пришедшее ко мне. Не вникая в его причины - хотя бы расчленить и понять. Помимо вечности от него веет первозданной Тьмой. Той, которая еще не отрастила острые зубы и была исключительно сакральной. Через помехи проступают образы того, что старше даже Мортис. Если такое вообще возможно. Возможно ли такое? Я не знаю.
Тепло, защита, истина, полет... дом.
Тут же вспоминаю Гаста. Лучшего Хранителя Черной Горы и представить нельзя. Он не просто "изменился" и "проникся" духом Тьмы - он сам стал ей, словно всегда и был и тут - раскрылся. Он нес ее в себе. Он был первозданен.

В теле Высшего ему было неуютно, всегда. Он нес это бремя достойно и с изяществом, но ему было омерзительно. Все и всегда думали, что это лишь червоточина, зараза, несовершенство, ошибка. И что он либо вытравит ее, либо она уничтожит его. А что если это не ошибка и не проклятье....
Что если это истинная сущность?
Порожденная еще более древней и чистой Тьмой, чем Рания, и, может быть, Мортис?
Мне можно все, а кого-то за такие измышления бы казнили.

В любом случае, я помню это - то ощущение монументальности, покоя, недосягаемой, неизведанной чистоты. Ощущение притяжения. Оно пронизывало все - каждый их совместный шаг. Озеро, пропитанное безумием до дна - и безумие схлынывает мощной волной. Потери и изгнание, рвущиеся лавиной - и несокрушимый бастион на пути лавины. Страх и одиночество, когда отняли Шэнерил - и смывающая их, безграничная любовь. Я помню. И я чувствую даже сейчас. Когда и сам след его развеян в прах.

Если в какой нибудь одуряющей галлюцинации я увижу его - первым спрошу "Как ты выжил, гений?". Это будет достойно поучающего рассказа.
Но он не выжил. Это ощущается так же четко, как и все остальное.
Слишком четко, как и все остальное.

И это то, чего я не могу понять. И не смогу, если так же сильно будет наседать память, заполонять мозг.
Я даже спрашиваю себя, не часто, но порой - что если вернуть все назад? Что - если? Спрашиваю просто для того, чтобы узнать. Не вернуть. Простраиваю в голове варианты и развитие событий, последствия, преимущества и потери. Дико ржу, говорю через оскал, передвигаюсь на четвереньках и скрываю лицо.
От мертвого не может так фонить.

Или может?

Это уже похоже на что-то вроде нужного чистосердечного.
Я закончила.
Даже тему ставить не буду, в пизду всё.
Нахуй.

02:33 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
И вот щас я задалась вопросом, какого хрена я так ни разу и не побывала на Черной Горе, после того как там появился Рэйк. Сходить, посмотреть, проверить, спросить как дело идет и вообще... Не, нихуя, не затащишь. Я даже саму возможность вытеснила к сраным ебеням.
Гора без Гаста, и более того, с кем-то на его месте - это выше моего понимания и выше моих сил. "Как-нибудь потом, когда время будет", - отмазываюсь я сама перед собой. И ржу сама над собой, почти крутя пальцем у виска.

Рания, вечной спасение и оплот хоть какой-то адекватности (хотя, ладно, о чем я...), нихуя не спасает. Трясемся вместе, синхронно. Она даже больше.

А потом я чую это сраное дерьмо. Прямо здесь. Живое.
Прекрасно знаю и даже могу доказать, что оно дохлое - и все равно чую.
Прямо здесь.

И даже не пойму, что больше - страшно, дико или сладко?

Огненный ржет, выучив выражение рожи Дориана. Пока списываю на то, что просто фонит от Огненного. Тоже же Высшим был. Когда-то.

А разбираться не хочу. Хочу поймать ощущение ебанутой в край сладости и утопить в нем ужас. Но пока и то и другое просто жрет мой мозг.

@темы: Fiery, Hell, Рания

02:23 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Да что же это за такое то х___х

03:34 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Легкое перо ложится в ладонь. Символ за символом, буква за буквой.
"Не останавливайся, иначе ты умрешь", - голос за спиной.

"Просто не останавливайся", - уже иной голос посреди долгой тишины, которую я и не заметила.
"Никогда".
В ладонь ложится тяжелая рукоять.

Тонкий, глубокий стон скрипки словно тянется с небес или втягивает в них. Повествует историю, плетет ее, поет ее. Все что было с нами и с ними - нота за нотой, событие за событием. Пламя вздымается в ночное небо тугим вихрящимся потоком, плавно, будто в замедленной сьемке. Плотные флаги гулко шумят, хлопают тканью под протяжным ветром, пропитанным запахом цветов и гари. Высокие острые шпили отражаются в воде черными скалами. Танцующие женщины в широких платьях ловят восходящие потоки ветра и словно вот-вот взлетят на них. Их длинные рукава касаются земли и снова взлетают, уступая место изящным башмачкам. Короткий шаг, поворот, шаг, взмах. Тишина, словно под водой - полет флагов, поток огня, поток танцовщиц, поток... Тишина, затмевающая вопль.

Вековое могущество и разбитые оковы. Щемящая память и вечный бег от кошмаров. Аромат роскоши и смрад паленой кожи.
Холодная рукоять в ладони. Она никогда не согревается.
Ты никогда не согреешься. Ты можешь только гореть.

Ты всегда напомнишь нам.
Если мы забудем.

Перо ломается напополам, и, летя до земли, вспыхивает.
Мы будем выжигать истории огнем, писать их кровью.
Ты всегда напомнишь нам, если мы забудем - что есть быть Темными.

Что значит быть Истинными.

@музыка: jesper kyd - heart

@темы: sceal'ta, Fiery

02:49 

(с)

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
меня отпаивали водкой
после того как я узнал
о скрытых смыслах и значеньях
моих рассказов и стихов

05:32 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
"Мать"

Клетка тесна и неуютна, даже в полный рост не разогнуться. Поэтому приходится сидеть. Раздолбанная деревянная скамья, по размеру больше схожая с широкой табуреткой, хоть и не прибита к полу, все равно ни на что не годна. Попытайся ею отбиваться - она рассыпется на части. Поэтому приходится просто сидеть.
Вокруг есть другие клетки и они пусты.
Время тянется невыносимо долго, но оно не успевает мучать - пленник то и дело проваливается в странный полусон, в котором былое смешивается и мелькает в хаотичном порядке, обрывками. Выныривая из него, он снова видит прутья клетки. Сколько часов уже он так сидит, не в силах даже собраться с мыслями? Он уже даже не уверен, кто он такой. Смутно помнит, что ему что-то вкололи. Точно помнит только название места, в котором находится - пленители повторяли его, общаясь между собой.
"Ветер".

Она приходит, медленно, протяжно входит в помещение. Она казалась бы расслабленной, если бы не эта пружинящая кошачья поступь. Она как яд в его венах - тягуча и убийственна. Неконтролируема.
Он видит ее ноги и бедра и уже даже не силится поднять голову выше. Эта - главная. По ней и так видно.
Она стоит рядом с клеткой, не шевелясь. Он хотел бы проследить, что она будет делать и не проваливаться больше в этот одуряющий полусон. И он ощущает, как его разум проясняется. Что это - сила воли и действие яда кончается?
Он поднимает голову и видит улыбку. Слишком широкую и довольную улыбку, почти счастливую. Она даже кажется... умиротворенной.
Ему хочется орать. Ужас подкатывает к горлу и хочется кричать что есть сил - переорать это молчаливое уничтожение. Но рот слишком плотно замотан тряпкой, остается только бессильно и остервенело мотать головой.

Она склоняет голову чуть набок и не перестает улыбаться. Она делает это почти... заботливо. Будто глядя на кусок свежего мяса, из которого можно сделать хороший стейк. Ей нравится все - и цвет и запах. Ей нравится все - и его положение, и окружение, и яд, текущий в нем, и животный ужас в широко раскрытых глазах, и бесполезные попытки метаться по тесной клетке. Это видно. Ей нравится все - от и до.

Она терпеливо ждет, когда он закончит попытки пробить голову о стальные прутья. Она ждет и в итоге он, обессилев от боли и ярости, оседает на пол, полностью раздавленный. Желание бороться еще бьется в нем, но оно сдается страху.
Оно всегда ему сдается.

Она ждет, пока он поднимет взгляд снова. Ждет, чтобы увидеть в нем мольбу. Это правило - всегда нужно дождаться мольбы. Всегда нужно дать на нее право. Она не так жестока, как Дориан.
Она улыбается собственным мыслям.

Сквозь прутья клетки он видит, как она протягивает к нему руку. Вот пальцы уже почти касаются его лица, но замирают. Длинные когти вырисовывают в воздухе узор, медленно, лениво. Он смотрит на их танец и видит, что танец страшнее яда. Слаще смерти.

Легкий щелчок, скрип - она открывает клетку. Она даже нк была заперта! Какой же дурак, какой он дурак...
Она шагает внутрь, встает прямо напротив. Так, что он даже чувствует ее запах - горьких трав и чего-то незнакомого, химического, жгучего.
Ее рука снова тянется вперед и ложится на его рот поверх тряпки. Склонившись, она нежно улыбается, словно ребенку, сказавшему гадость, которого она ласково призывает замолчать.
Он чувствует, как его рот наполняется его же собственной кровью. Он захлебывается ею.

Кровь льет не только изо рта - он чувствует, как разрываются все внутренности. Яд и собственная выносливость притупляют боль. Склизкие змеи окутывают каждый огран, ползают внутри, струятся отовсюду, смешиваются. Он больше не различает верх и низ и падает, скрючившись в тесноте, оказываясь головой у ее ног.
Не отпуская руки от его рта, она садится рядом и заботливо кладет его голову себе на колени. Перебирает пальцами свалявшиеся и местами выдранные волосы. Улыбается.

Сквозь проснувшуюся боль, слепоту, новый накативший ужас, подступающую мертвенную тишину он слышит, словно дальнее эхо, словно голос заботливой матери и карающего бога:
- Меня зовут Рания, смертный, возомнивший себя неумершим. Я - защитница всех моих детей, коих легион. Помни меня. Помни меня даже в том небытии, в которое отправляешься. Пусть оно содрогается подобно тебе...

@темы: Рания, sceal'ta, Hideaway, Devil's Flame\Ветер

00:09 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.

23:02 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.

@темы: Fiery, sceal'ta

03:52 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
У любого уважающего себя существа есть защита, а у Рании ее две (с) фраза, которая когда-нибудь станет крылатой.


Темные, конечно, все в этом деле спецы, но все таки кто-то больше по похавать или ебальники повскрывать. А вот Рания это довела до совершенства. Надрочить защиту до уровня "теперь я бессмертна"? Легко. Раскинуть ее на город, включая каждый дом и каждого жителя? Легко. Ею же одновременно и атаковать? Легко.
Последнее как раз и появилось раньше всего. Врожденный скилл. Выискивать цель, а потом ее атаковать? Не, это скучно. Можно просто расширить область защиты - само напорется и сдохнет.

В моей хате поселилось нечто. Оно ведет себя тихо, скромно и носа не кажет. Поэтому я про него все время забываю. А вот ночами оно узревает момент и пытается сделать глупость в виде "напрыгнуть с разбегу". Я до сих пор не знаю, как оно выглядит, потому что высматривать в такой момент не к спеху, а близко подойти оно не успевает. Не перестаю удивляться, как так быстро срабатывает реакция, и оно оказывается размазанным по стенке дальней комнаты квартиры.
Сначала было сложновато - отвыкла я уже от защиты, оборзела в край от собственной охуенности, но с каждым разом все точнее и смачнее получается. А потом я заметила, что у моему слою защиты начал добавляться еще один. А потом еще.
В такие моменты я прямо таки застываю на месте и пытаюсь отыскать источник, в полном охуевлении. Дориан? Нет, защита прямо моя, та самая. Моя собственная? Это вряд ли, я бы ее контролировала. Рания? Очень похоже, но делать ей что ли больше нехрен? Вопрос пока остается открытым.
Что не менее интересно - напрыгивающее существо не дохнет. А может, их там несколько. Один раз оно, или одно из них, спасаясь, сигануло в картину на стене. Я даже не стала смотреть, что конкретно на ней изображено или разбираться, когда и где она была нарисована и вообще быстренько вытеснила произошедшее. Свалило - и отлично. А может там и подохло. А может где-то тут находится ебучий портал, из которого они лезут и я даже догадываюсь где.
Странно, но что-то заставляет меня забить, прочно забить.
Последняя стадия охуевления, однозначно.

03:27 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Огненный настойчив. Он может неделями пропадать неизвестно где, а потом ему что-то понадобится - и скрыться не выйдет. Даже здесь.
Особенно здесь. Границы миров для него охрененно проницаемы. Уже третий день он колупает мой мозг и требует Ранию. Может он даже ее уже и вытребовал - мне туда соваться сцыкотно после его этих... намеков.
Он вылезает из лампочек, ползает по стенам, висит вниз головой и никогда не крадется за спиной, как большинство любителей наносить визиты. Он всегда возникает перед самым лицом. Речь почти не разобрать, а лицо всегда одно и то же - мрачность и решимость.
"Ну хоть оскалься", - хочется сказать иногда.

Есть версия, что в свои отсутсвия он вырезает Светлых. А еще Молний, лигосетов и кого-нибудь еще. Пока мы уныло бродим по бесконечным резервациям, он "занят делом". Резервации он, кстати, ненавидит.

Ему предлагали вступить в летучий легион Дориана, но он сделал невинное личико и заявил, что будет "рядом с Ранией". Похоже у него "рядом" означает "найти и запечь до хрустящей корочки всех, на кого она косо посмотрела". А может, он строит архигенератор как Белое Божество.
Шутка, конечно.
А может и нет.

Ну ладно-ладно, мне нравятся его визиты. От них не переклинивает хотя бы, как от некоторых тут. Иногда прикольно пойти в туалет и в самый ответственный момент понять, Что Ты Тут Не Один.

Разумеется, в какой-то момент любопытство перевесит и я пойду посмотреть, что он там творит. Кстати, Дайну я не видела уже месяц, наверно... *тут должен быть мем про совпадение*.

А пока я просто наслаждаюсь жаром. Огнем, который меня не бесит. Темным, которому не нужны пинки. Существом, которое не чурается даже этого мира, если есть че пожрать.

@темы: Fiery, sceal'ta

21:12 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.

@темы: sceal'ta, Рания

23:34 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
Красивый, нереально красивый дом. Разделенный на сектора, громадный, и при том - невероятно уютный. Прочную каменную основу покрывало теплое дерево, мебели было ровно столько, сколько нужно, чтобы создать обстановку роскоши, но не загромождать, по стенам, даже внутри, свисали узорные вьюны... Лучи солнца проникали в окна, просвечивая через яркую зелень. Места хватало всем.
Мы были заперты в нем.

Само упоминание заставляет скрючиваться пальцы, словно по ним дало разрядом. Последняя, ключевая резервация. Резервация, являющаяся всем миром. Весь мир - лишь одна резервация.

Люди скучились по комнатам, на балконах, у стен - по принципу симпатии или еще каких-то. Они тихо говорили, не мешая никому.
Я искала выход.
Люди? Нет, не люди. Души, сущности, фантомы и их обрывки. Мне хватало. В доме не было ни одного зеркала.

Они расступались передо мной, словно я была ножом, а они - маслом. Пасти толп открывались и захлопывались за мной. Кем я была для них?
Я шла и улыбалась. От натуги, от возрастающей злобы, от красоты.

Сад открылся передо мной как-то внезапно. Первое, что я сделала - припала к живой коричневой земле. Впилась в нее руками и зубами, закрывая глаза от упоения. Пусть смотрят не понимающе или наоборот - слишком хорошо понимающе, мне было плевать. Я все равно найду. Этот. Чертов. Выход.
Я ни на секунду не забывала о нем, хотя и успевала наслаждаться всем, что видела. Как же это было... натурально.

И вот за одним из поворотов, недалеко от сада, в темном алькове, среди тяжелой шуршащей ткани, она предстала предо мной. Безумное отражение, почему-то заключенное в женское тело. А рядом с ней - еще более безумный обрывок, но уже в теле мужском. Всего лишь прицепившийся к ней клочок ее же силы, выдававший себя за целого человека. Близнецы. Пародия на других близнецов. Mo sceal fein sceal gach duine, achis ionam fein a bhfuil an sceal.
Она резко обернулась на шаги и на ее лице застыла смесь испуга, интереса и ожидания. И чего-то еще. В остальном же она была тупа и не примечательна - на первый взгляд. Средний рост, черные змеи-волосы, что-то черное и сияющее, одетое на ней. "Близнец" выглядел так же. Совершенно обыкновенные глаза. Но одним взглядом она успела сказать мне все. Она была как дорогущий подарок в обертке из простой бумаги. Бесценный подарок.
Мы спокойно обменялись парой бессвязных фраз о погоде и я поманила ее за собой, в сад. Одного взмаха пальцем хватило, чтобы она шла за мной. Кем она видела меня?
Я шла и улыбалась. Еще пуще прежнего. Наконец то все на своих местах.
И все на своих местах.

- Вот, здесь мы и начнем.
Она привела других. Все мы собрались в саду, и сели в круг, опустившись на колени. Круг - чисто для вида. Чтобы не заподозрили слишком рано. Сад - он мне нравился.
Каждый отдал мне по одной своей вещи - из тех, что у них были с собой. Отдала и она и ее "близнец" - две одинаковых. Все они думали, что и сами понадобятся здесь.
Я не помню, куда они пропали. Не запомнила каждого. Кто-то был сожран, кого-то втянуло прямо в стены и развеяло в их внутренностях, кто-то сделал вид, что ушел прочь.

Я все так же сидела на коленях и изрисовывала пальцами землю вокруг себя - символ на символом, и еще, и снова, и один, окружающий их все, глубокий, и узор длился дальше. Мои когти вонзались в почву, взрезая ее, дальше и дальше...
- Вот, здесь мы и начнем.

А она ушла тоже. Ее я даже не трогала, а она ушла. Через какое-то время мне стало тоскливо. Без нее или я просто была голодна.
И как только я поняла это, она показалась на входе в сад и медленно подошла ко мне. Спокойно села рядом, одаряя меня слишком осмысленным взглядом тупых и обыкновенных глаз. Как ни в чем ни бывало, она взяла в руки одну из вещей и начала разглядывать.
- Ты долго.
Она только мило улыбнулась в ответ и присоединилась к моему занятию.
- Сними эту поганую личину, - я не выдержала и хохотнула.
Она лишь подняла лицо к небу и закрыла глаза, ловя потоки холодного ветра. Кажется, ей нравилось.
- Ну правда, ты выглядишь смешно, - я уже откровенно забавлялась, хотя, впрочем, уже нравилось и мне.
- Я всего лишь несу то, что он дал мне, - ответила она тихо и спокойно, напевая, растягивая слова. Эта женская манера даже привносила еще больше очарования в его манеру говорить, - Заканчиваем, - она легонько кивнула на землю, - И начинаем.
- Да. О да.

На изрисованный сад слетелись все, кто мог. Разделяясь по разным телам и наоборот, объединяясь в одно по нескольку рыл, они кружили вокруг, бродили вокруг, сидели вокруг, лежали вокруг. И ждали. Каждый был готов последовать за первым ударом.
А она опять пропала. Я все никак не могла справиться с накатывающей тоской, какая бывает, когда разделяют по разным семьям крепло любящих друг друга близнецов. Я сожрала все вещи, оставленные мне, а тоска все не утихала. Мне нужно было напитать себя сильнее. Еще сильнее. Сигнал к удару еще не пришел и мне надо было дотянуть до него.
Явилась Эстер. Должно быть, заинтересовалась тем, что происходит в ее владениях. Очень плохо маскируясь под привлекательного мужчину, она первым делом решила осадить меня. Все, на что она была способна - воссоздать пучок растений из Барна и торжественно вручить их мне с присказкой "я вижу, леди страдает". Я схавала их, не поведя и ухом. В такой торжественный момент и всего лишь красивая оболочка тоже была в цене. Это как изысканный, но безвкусный, бутафорский деликатес. Пусть играет в свои игры, пока еще может. А я подыграю.
Она приносила еще. Она удивлялась, почему на меня не действует заключенный в них яд. А я продолжала издеваться.
- Где ты выращиваешь их? А сложно? Редкие, наверно? Привередливые? Они восхитительны. Но ты же знаешь, они кончатся. И ты больше не сможешь удержать меня здесь.
И я улыбалась, спокойной и милой улыбкой, схожей с улыбкой близнеца. У меня получалось идеально. А может она никуда и не уходила?
Мужчина опирал подбородок в руку и делал вид, что слушает меня и совсем не паникует. Даже в первую минуту попытался притвориться, что не понимает, о чем я.

А потом пришел сигнал.
И он пришел неслышно для всех.
Кроме меня.

@темы: Рания, sceal'ta, Hideaway, Dorian

01:07 

Смерть - это с ними, ибо мы - не узрим.
"Приманка"


- Не ходи туда, оттуда не возвращаются, - говорили они, - Дева никого не впускает. А если впускает - не выпускает уже.
Так они говорили. Вроде бы, это было даже местной легендой. Когда-то, давным-давно, там убили всадника и он возродился и стал лицом Смерти. Только вот было это уж слишком давно и подробностей никто не помнит. А Дева - ее убил уже он. Изнасиловал и убил забредшую в его владения, но восстала и она. С тех пор двое неумерших так и бродят там - Всадник и его Дева. Она сторожит ворота, ведущие туда, и, пока она рядом, открыть их невозможно. А если ее нет и проход открыт - назад пути не будет, ибо она заманит в самую глушь и там уже будет подстерегать он. Многие по глупости ушли и не вернулись - так говорили.

Полуденное солнце медленно окуналось в закат, по изжаренному асфальту и бетону зданий поползли сине-серые тени. Люди, днем битком забившие парк, начали редеть. Те, кто остался, замедлялись, а то и вовсе замирали, застывали на лавках, лестницах, крышах. Что-то тягучее проникло и в нас, заставляя не двигаться с места. Вечерний ветерок не принес воодушевления, как ожидалось.
Это место я тоже знала. Когда-то здесь был парк, где гуляли с детьми, наслаждались солнцем и многоцветием и кормили уток. Его еще можно было узнать по прошлым очертаниям. Но теперь он разросся, увеличился, будто растянулся, не меняя при этом пропорций. И вместе с этим наполнился постройками - бесконечными цепями каменных домишек. Их предназначение мне даже узнавать не хотелось. Во главе бетонных коробок стояла самая большая - чуть напоминающая китайский храм, выкрашенная в желтый и оранжевый цвета. Сейчас она бросала тень на озеро в центре парка. На ее уступах мы и сидели.
Я замерла, окоченела, потерялась где-то внутри. Воздух двигался в легких лениво, словно с натугой. Но что-то уже начинало свербеть в мозгу - идти, время пришло. Конечно, за этим я и здесь. Идти непонятно куда и непонятно зачем. Как всегда. Парень и девушка рядом со мной тоже начали подавать признаки жизни, шевелиться. Они чутко улавливали весь фон от меня и готовы были следовать за мной. Местные мелкие сущности. Тоже как всегда.
Я уже готова была соскочить вниз, распугав вечерних гуляющих, но обнаружила в своих руках книгу. Странно, но я вспомнила, что действительно держала ее. Почему забыла? С книгой туда идти нельзя. Почему? Вопрос промелькнул и я даже не стала задумываться над ответом. Здесь вообще лучше не задумываться над ответами - меньше времени даром потратишь.
Тонкая книга в черной обложке, усеянной серебристыми символами. В ней было записано нечто, что я снова во благо себе же успела забыть. Что-то очень важное. Книгу нельзя терять. И я отдала ее девушке. Она как-то туманно посмотрела на меня, еще не окончательно проснувшись. Но она поняла меня. Да черт возьми, должна была понять.

То место, которым всех пугали - оно даже не было скрыто от глаз. К нему было элементарно подойти. Не стояло никаких предупреждающих знаков вроде "оторвет башку". Обычное пространство за высоким кованным забором. Да и забор стоял еще до событий из легенды. Ходи не хочу. Ну то есть, перелезай не хочу.
Но я решила поискать все таки ворота. Мне было интересно.
И все же, идя вдоль забора и заглядывая за его прутья, я миллион раз уговаривала себя одуматься. Земля за ним была... странная. По мою сторону бушевала зелень - деревья, трава, цветы. По ту же - серое, то ли выгоревшее, то ли отравленное пространство. И конца ему не было. Как не вглядывалась, я не могла разглядеть забор по ту сторону мертвой равнины, хотя мне сказали, что она окружена по периметру. Неужели такая большая? Впереди и слева маячил жухлый лесок, точнее, его останки. Они не помешали бы мне разглядеть чертов забор, в том случае, если бы он был. Но, казалось, "зловещее мертвое пространство" тянется бесконечно.
У меня почти возникли ассоциации с кладбищем, но... даже находясь за забором, я чуяла, что земля там, хоть и не выглядит таковой... живая. Что-то пульсировало в ней, лентами и сгустками тянулось через все пространство.
Забор стоял нерушимой границей. Теперь я понимала это. За его пределы не выходило ничего - только ощущалось.

А вот, наконец, ворота. Узкие, невзрачные - я бы даже не отличили их от секции забора, если бы не оступилась, не ударилась об них плечом и они не задребезжали. Я огляделась. "Девы" нигде видно не было. "Чушь", - решила я и толкнула ворота. Они свободно открылись без скрипа.

Очнулась я где-то на противоположном краю равнины. Откуда я знала? Просто знала. А вот не помнила я ничего.
Рядом не было ни всадников, ни дев, а потому я решила, что просто опять "пропала" на какое-то время и забрела сюда. Того, что я должна была тут найти, тоже не наблюдалось, так что я просто побрела наугад. И тут поняла свою ошибку.
Ни шага нельзя было сделать без титанических усилий. Земля, которую я видела еще из-за забора, была сухой и утыканной пучками сухой, срезанной наполовину травы; здесь же она была черной и вязкой и мои ноги утопали и выдирались с трудом. Вокруг валялись здоровые валуны, тоже будто политые той же субстанцией. Политы ей были и кучи мусора вокруг. Разорванные книги, кучи одежды, большие тенты... Почему-то эта картина пугала. Я точно знала, не понимая откуда, что все это было здесь сложено намерено. Сложено и залито черной вязкой жижей.
Сосредоточившись на направлении, я решила пойти в сторону ворот, чтобы выйти на сухую землю. И даже сделала несколько тяжелейших шагов.

Он возник далеко от меня, слева. Возник словно из ниоткуда и галопом помчался ко мне. Ноги черного коня с легкостью вздымали черноту, словно то была легчайшая вода. Сам всадник тоже был одет, а скорее замотан в черное, словно одежда на нем многократно рвалась и тлела и он просто связывал куски друг с другом, закрывая прорехи. Прорех не было. Даже лицо было сплошь замотано тканью, только с белыми прожилками. Пугал ли он? Не слишком, но остаться без головы (а по легенде он именно обезглавливал) не очень хотелось. Тем более, я еще не нашла то, за чем пришла.
Бежать было бессмысленно, поэтому я встала на месте и попыталась сосредоточиться на искомом. Ебаное предчувствие должно привести меня туда, раз уж оно привело меня в это черное болото.

"Под ногами"

Я глянула себе под ноги и ахнула. Покачиваясь на черной жиже, на поверхности плавала моя книга. Та самая, которую я отдала сущности. "Какого блядского хера!".
И тут что-то толкнуло меня в спину, хотя всадник был все еще далеко. Не удержавшись, я упала коленями прямо в черноту. Подхватив книгу, я решила - была не была, что-то да должно все это значить. А оставаться здесь больше незачем. Я удивилась, но бежалось теперь легко, словно чернота была легчайшей водой.

Довольно быстро я обогнала всадника и даже потеряла его из виду вдали. Теперь передо мной встал лес. Вернее, его останки. Низко скошенные кривые деревья и растущие новые - так же низко скошенные. С них словно была ободрана вся листва. Вдали уже показались ворота, но что-то отвлекло мой взгляд.

Она явилась так же внезапно - из ниоткуда. Совсем близко, она терялась вреди деревьев. Ободранное белое платье было местами залатано черной тканью. Тощая, ссохшаяся, она все еще была красива. Белые длинные волосы были так же местами вырваны. Она смеялась.
Я с интересом понаблюдала за ней, стараясь лучше разглядеть сквозь ветки, но она взмыла в воздух и, низко паря, улетучилась в сторону ворот. Пропала из виду.
"Отлично, они даже не трогают меня", - решила я и сбавила шаг. Если хотят чего-то - пожалуйста, пока я здесь.

Я неторопливо подошла к воротам, намереваясь уйти. Они были открытыми, какими я их и оставила. Но что-то кольнуло в голове, чувство или предчувствие.

"Это еще не конец".

И это был не конец. Вспыхнув по ту сторону ворот, она одной лишь улыбкой захлопнула их. Захлопнула так, что как я не ломилась наружу, они не поддавались. А она стояла напротив, совсем близко, но по ту сторону и тихо смеялась. Смех ее был сладок и невинен.
Спиной я почуяла, как приближается всадник. Он был тих, но он чувствовался.

---

В какой-то момент я отпустила створку, об которую уже разбила все руки. Прикрыла глаза и улыбнулась, вторя ей.
- Ну что, хочешь поменяться?
Не знаю, услышала ли она меня. Не знаю, увидела ли она зеленое свечение глаз, которое я пока старалась скрывать. Раскрошившаяся в миг книга кусками выпала из руки.
- Хорошо, давай... Уверена, будет весело.
И я развернулась прямо навстречу летящему на меня "лику Смерти".

@темы: Рания, sceal'ta, Hideaway, Annam

The second after Mortis

главная