Пара нот - и меня переключает. Все забывается, вспоминается такое, от чего только щурить глаза и в смущении улыбаться. Пара нот - тяжелый бег по высущенному солнцем асфальту. Мелодия, в которой вот-вот должно наступить развитие, которая вот-вот должна разразиться победным маршем. Но его нет. Напряженный, но монотонный ритм. До горизонта еще далеко.

Я бегу по зеленеющему лесу - опасной ловушке. Ветки ловят меня, корни впиваются в пальцы, ямы таятся под каждым шагом. Здесь надо бежать вдвое быстрее, чтобы успеть. Здесь надо спасаться. Мои преследователи тоже не знают леса, но помочь им и погубить меня может простая случайность. Невидимая сразу яма или коварный корень. Быстрее. Аккуратнее. Быстрее.
Они бегут за мной, молча, не тратя силы на выкрики. Они стреляют и пытаются окружить меня. У них ничего не выходит. Еще быстрее.
Я уже почти выбилась из сил. За спиной лишь топот пары ног - самый выносливый еще гонится. Поступь его уверенна, выверена. Она страшит меня.
На пределе сил, уже не надеясь на удачный исход, я продолжаю рваться вперед, буквально разрывая ставший вдруг плотным воздух. Мысли путаются. И тут...
Вместо земли я вдруг ступаю на нечто более твердое. Чуть не падаю с непривычки, замедляю бег, прислушиваюсь, оглядываюсь. Вокруг меня город. Залитый золотым светом, жаркий. Широкая асфальтированная дорога бежит вперед, и конца ее не видно. Узкие тротуары, деревянные двух- и трехэтажные дома по краям, ровные, будто на макете. Золотой закатный шар закрывает пол-неба прямо передо мной, пышит жаром. В его золотом свете таят дома и дорога вдали, тонут в ярком свете. Вокруг ни души. Ни людей, ни машин, ни каких-либо их следов. Декорация. И при этом громадное солнце пульсирует как живое.
Бега за спиной больше нет. Те, кто преследует меня - сильно отстали. Но это еще не конец. Я знаю, еще не конец.
Я отталкиваюсь от земли и снова набираю скорость. Сначала бежать тяжело - жар не дает раздышаться, золотой свет слепит глаза, уставшие ноги гудят. Но с каждым движением золотая пульсация словно проникает в меня, срастается с льющим ручьем потом, с непослушными конечностями, спутанными мыслями - и, становится легче. С каждым шагом я вдыхаю все больше воздуха, мне все легче отрываться от земли. Я вдыхаю жар. Я сама - жар. Я в своей стихии. И я бегу, стремительно и легко, лечу подобно золотому свету.
На губах прорывается улыбка. Пусть теперь пробуют меня догнать. Блики на пустых темных окнах домов, деревянные двери, пустые остановки, ларьки... все сливается в летучую, золотистую круговерть... И я ускоряюсь все больше и больше.

Один раз побывав там, я стремилась туда. Что-то тянуло туда. Что-то там очень нравится Рании. Она выбрасывала меня туда из уничтоженных резерваций, из которых мне нужно было убираться. Но никогда более я не задерживалась там дольше чем на миг. Сам город выталкивал меня, или мы отторгали его...
Но он настиг меня, так же, как настигает серое небо и ветер - где и когда бы я ни была. Он настиг и распахнулся передо мной во всей красе.
Улицы были полны. На тротуарах теснилось слишком много существ. Освобожденные ею души - старые и новые, и даже те, кто с Черной Горы; хранители, отражения, мелкие сущности, ослабленные и возраждающиеся, знакомые давно и незнакомые. Были даже парочка с корабля - ее ближайшие подручные. Их я вообще не ожидала увидеть в таком месте. Один приветствовал меня, второй вел через город какое-то время, по той самой дороге. Остальные столпились на узких тротуарах, кутаясь в черные плащи и взирая на меня... со страхом? С уважением?
Ужасающая коллекция. Безумная ярмарка. Безумие. Безумие. Безумие.
Кто-то постоянно шептал на ухо, и его пряди покачивались у моего лица, я ощущала их щекотку и щекотку слов.
Слов было слишком много, увидено было слишком много.

Она не говорит мне "подожди". Она говорит мне "Мы в пути. Смотри".