иногда это, наверное, выглядит как припадок. нелогичный, дурацкий. разрушающий.
иногда я не знаю, чего хочу и чего не хочу.
иногда я, наверное, позволяю себе слишком много.
иногда мне, наверное, следует осечься.

и иногда я осекаюсь.
пытаюсь.
первые секунды всегда есть попытки.
- ты же понимаешь, что я тебя охуярю, я ж по привычке, по инерции, я ж тебя убью, уничтожу, испепелю к херам. ты же знаешь, я могу
- не можешь
- ладно. я не могу. ОНА может. вот че тогда делать будешь?
все понимает. но с линии не сходит. так же как и я.
это всегда словесная перепалка, парочка защит, которые уже никого давно не останавливают, парочка залпов вникуда, как будто неглядя, но - намеренно вникуда.

- я тебе потерях поубиваю. понял. всех. вот буду искать и того. чем тебе это будет грозить, а? что будешь делать?
- не поубиваешь.
даже усмехается. тихо так, грустно, поганенько. ну, тут на самом деле есть о чем. тут бы и Дориан поржал.

а вот мне уже ваще не смешно.
беру вещи - кладу вещи. начинаю идти - прекращаю идти. встаю - сажусь. сажусь - встаю. открываю воду - закрываю воду. стучу дверями - и снова их открываю. казалось, что расческа была здесь. ах, вот же она. пытаюсь причесать волосы и забываю, как двигать рукой. пытаюсь одеться, но так и застываю не одетой.

в окружении ликов - как в в тюрьме, как на сцене, как в клетке, как перед Богами.
укоризненнее всего смотрю на Ранию. на Дориана смотреть нефиг - он ни в чем не виноват. даже ты ни в чем не виноват, вот ни в чем. да и она тоже. но - как играючи она все это делает... как разменивает себя, и бросает в самое пекло, и как ныряет в бездны, как то ли отважна, то ли безнадежно глупа... как смела в этом всем. как делает вид, что что-то знает. как делает вид, что знает, что будет. как делает вид, что знает, чего хочет. как делает вид последнего раза.
как тянет за собой.
из меня хлещет кровь, а она так и тащит, держа за рваные сосуды.
за собой.
куда бы она ни пошла.
зачем бы она ни пошла.

я пойду за ней - куда бы она ни пошла, зачем бы она ни пошла. добровольно. или нет. я это уже говорила.

но я смотрю на нее. укоризненно. потому что только мы с ней понимаем, почему я так смотрю.

как она останется без нас, без нас снаружи, без нас отдельно? как останется с нами внутри, когда не на кого будет смотреть - лишь на себя? как останется наедине с нами - наедине с собой? как найдет хоть частичку покоя в аду, который оплелся вокруг нее уже слишком основательно?
в аду, который украшает цветами. которому возносит...


а ты - ты пешка. в этом Дориан был прав. ты уже давно ничего не решаешь. ты в том же аду, только ты в нем движешься за ней, как и мы.
есть она - и есть ты.
ты положил все на то, чтобы было так.
не думаю, что ты хоть раз задумывался о решении. оно для тебя всегда было само собой разумеющимся.
ты идиот.
идиот.
у нас, в отличии от тебя, есть шанс быть с ней.
а у тебя давно нет ничего. и тебя самого давно нет.
нет ничего, кроме твоей любви к ней.

и в этом мы с тобой похожи.
и мы смотрим друг на друга с жалостью. потому что только мы с тобой понимаем, почему мы так смотрим.
я знаю, почему ты не выбрал освободиться от нее.
я бы тоже не выбрала.
я тоже не выбрала.